/ Торунь-Краков-Ольштын-Фромборк

Николай Коперник: заглянувший за горизонт

Имя этого учёного – величайшего астронома, математика, юриста, экономиста и полиглота известно практически всем. На долю Коперника, «остановившего Солнце и сдвинувшего Землю», выпала труднейшая роль стать основоположником гелиоцентрической системы, на которую опирались все его последователи. Самому же Копернику не на кого было опереться. Он начал и закончил своё дело один.

Николай Коперник (Nicolaus Copernicus) родился 2 (17) февраля 1473 года в г. Торуни – в «земле Холмской», составлявшей часть Пруссии. К середине XIV столетия побережье Немецкого (Северного) и Балтийского морей, от Вислы до Немана, находилось под властью тевтонских рыцарей.

Построенная Орденом Торунь к тому времени уже была важным торговым пунктом знаменитой Ганзы, и ко времени рождения будущего астронома она являлась польским городом со смешанным населением. Большую его часть составляли немцы. В XIX веке Михаил Энгельгардт писал, что «… открытие Коперника является на рубеже старой и новой Европы, его родина – на границе двух племен, славянского и германского, и сам он не то поляк, не то немец».

Предполагается, что род Коперников происходит из Горного Шлёнзка, из деревни Копрник. Её жители (все поголовно Коперники) занимались добычей и обработкой меди и торговлей медными изделиями. Примерно в 1396 году многие переселились в Краков, в то время столицу Польши. Среди переселенцев – и состоятельные предки будущего астронома.

О его отце, «преданном сыне католической церкви», ходило немало небылиц. Одни утверждали, что он был хлопом (земледельцем), другие – булочником, пивоваром, каменщиком… На самом же деле он, как и его пращуры, был купцом, человеком богатым и влиятельным. Переселившись в 1458 году из Кракова в Торунь, он получил высокую должность в городском суде. В 1464 году женился на дочери богатого торуньского патриция (председателя горсуда) Варваре Ватценроде. Она родила ему четверых детей: Варвару, Катерину, Анджея и Николая.

О детских годах Коперника достоверно известно очень немногое. Рос в благополучной семье. Начальное образование получил, скорее всего, в расположенной неподалеку от дома школе при костеле св. Яна. Часто бывал в гостях у бабушки, от которой слышал предания польской старины, народные песни и сказки на польском языке. В школе его учили латыни. Так что мальчик к 10 годам отлично владел тремя языками.

В доме Коперников часто бывали образованные и известные в городе люди. Николай слышал их разговоры и подобно губке впитывал всё, что обсуждали взрослые. Для будущего разрушителя древних доктрин это была очень подходящая атмосфера.

 

К  «чёрту» под крыло

Зимой 1483 года в Европу пришла страшная эпидемия чумы. Одной из первых её жертв стал отец Николая. Обезумевшая от горя мать пришла в себя только с появлением в доме своего брата Лукаша Ватценроде. Будущий епископ Вармийский (по воле покойного деда – опекун сирот) быстро распорядился семьей. Продал дом на улице святой Анны. Одна племянница постриглась в монахини, другая удачно вышла замуж. А Николая с братом отдал в кафедральную школу при Краковском университете, где воспитывались мальчики со всей Польши.

Братьям Коперникам крупно повезло, что они попали под опеку к дядюшке Лукашу – хоть и суровому, но умному, образованному и очень влиятельному человеку, к тому же не отличающемуся пуританской узостью взглядов. Он получил блестящее образование и был магистром Краковского и доктором канонического права Болонского университета. Поскольку Ватценроде избрал духовную карьеру, то обязан был соблюдать целибат – обет безбрачия (что, правда, не помешало ему иметь сына на стороне).

В политической жизни страны Лукаш принимал самое активное участие и с его мнением считались. О нем писали, что этот Ватценроде «так досаждал королю Казимиру IV, что тот называл его «чёртом» и всеми силами противодействовал избранию Ватценроде в епископы». Вот под влияние какого человека попал 10-летний Николай Коперник. И ни разу в жизни об этом не пожалел.

 

«Меня породила Торунь, а Краков наукой украсил»

Осенью 1491 года Николай и Анджей, заплатив за обучение по четверти гривны (большие по тем временам деньги) стали студентами факультета искусств Краковского университета. Новоиспеченных студентов – фуксов – ждало первое испытание –  обряд «крещения». «Деды» затащили их в корчму, заставили напиться пивом и сами напились до полусмерти. Затем надавали фуксам тумаков и вымазали их головы медом и золой.  

Учиться в Краковский университет приезжала молодёжь со всей Европы, даже из Германии, Швеции и Италии. Преподавали здесь много разных наук, но более всех процветала астрономия.

Николай впервые увидел несколько объемистых рукописей на пергаменте, увесистые тома первопечатных книг и четыре астрономических бронзовых прибора – звездный глобус, астролябию (древнегреческий прибор для определения широты), солнечные часы и трикветрум, сделанный руками самого Региомонтана – самого авторитетного немецкого астронома. Славился университет и своими учёными кадрами. 76 профессоров – шутка ли!

К тому времени в средневековом высшем образовании как раз наметились новые веяния, пробуждался дух свободного исследования. На арену культурной жизни вышли гуманисты, предпочитавшие древность угару Средневековья. Старые маститые учёные-преподаватели отстаивали средневековые традиции преподавания, а молодые желали читать труды эллинов в оригинале, а не в посредственных переводах на латынь.

Гуманистов поддерживал и преподаватель математики и астрономии, известный всей Европе профессор университета Войтех Брудзевский. Именно ему всю жизнь будет благодарен Николай за любовь к звёздной науке. «Меня породила Торунь, а Краков наукой украсил», – написал Коперник о годах учёбы.

Но «вольный дух», занесенный в Краков с другой стороны Альп, вскоре начал выветриваться из университета. Противостояние схоластиков и гуманистов всё чаще заканчивалось мордобоем, поскольку ни одна из сторон деликатностью нравов не отличалась. Проучившись три года, Николай в 1495-м году вернулся в Торунь. Без диплома.

 

Nikolaus Coperncus 


Период великого брожения

Дядюшка, взволнованный столь неожиданным поворотом, задумался о карьере Николая. Он настаивал на духовной и для начала посоветовал избраться Николаю каноником Вармийской епархии во Фромборке. Это было, пожалуй, самое хлебное место в эпоху Средневековья. Принадлежавшие епархии многочисленные имения, земельные угодья, права охоты и рыбной ловли приносили огромный доход. Деятельность капитула (коллегии священнослужителей) сводилась в основном к управлению имениями, сбору и дележу доходов.

Впрочем, и работа каноника была не пыльной: служба в соборе, панихиды, несложные дела и поручения… Каноники имели право на солидный доход  – пребенды, – как в виде денег, так и земельных угодий, имений и пр..

Конечно же, Коперник избрал духовное поприще, но, по предположению биографов, не ради служения Господу, а соблазнившись тёплым местечком.

Правда, выборы Коперник проиграл. На открывшуюся всего лишь одну вакансию баллотировалось так много кандидатов, что не смог помочь даже всемогущий дядюшка. Возможно, основную роль сыграло отсутствие учёной степени – по традиции каноники должны были иметь диплом об окончании университета.

Летом 1496 года Николай Коперник отправился доучиваться в Италию, в Болонский университет, слывший лучшей в Европе школой правоведения. Пока студент постигал науки, его всё же заочно избрали каноником, и он стал получать свою часть доходов. Денег Италия поглощала много. Не дешёвым удовольствием были книги, необходимые для астрономических исследований. Здесь, в Болонском университете,  9 марта 1497 года он сделал одно из двадцати семи собственных наблюдений, которые вошли в его знаменитый трактат о небесных сферах. И, конечно же, в совершенстве выучил греческий.

Церковное право интересовало Коперника меньше всего – диплом по этому курсу он получил чуть позже – в мае 1503-го в Ферраре, во дворце архиепископа. А пока шёл 1501-й. Николай поступил слушателем на медицинский факультет Падуанского университета. Медицина неожиданного увлекла астронома и позже принесла славу талантливого врачевателя. На родине его прозвали вторым Эскулапом.

Сегодня некоторые методы средневекового лечения вызывают улыбку, если не смех. Но… до высоких технологий было еще ох как далеко.

Вот одна из записей Коперника: «Пилюли де Вилья Нова можно принимать в любое время. Они улучшают пищеварение, приносят веселье, задерживают поседение, которое происходит от порчи жизненных соков, усмиряют кашель, усиливают разум, предохраняют зубы от порчи, укрепляют сон, нежно слабят».

Далее – рецепт чудодейственных пилюль: «Возьми две унции армянской глины, пол-унции корицы, две драхмы цитварного корня, по две драхмы узика (калган. – авт.), диптану (горная трава. – авт.), красного сандалу, по драхме опилков слоновой кости и железа, по две скрупулы золы и ромашки, по драхме лимонной корки и жемчуга, по одной скрупуле смарагда, красного гиацинта, сапфира, по одной драхме кости из сердца оленя, морской саранчи, рога единорога, красного коралла; золота, серебра в листах – по одной скрупуле, сахару – полфунта». И парочка рекомендаций: «Мытье рук теплой водой перед едой и холодной после еды помогает от болей в желудке», «Кошачий помёт с серой излечивает от прилива крови к голове».

Но наряду с подобными «чудодейственными» средствами медицина времен Коперника располагала и правильными представлениями о здоровом и больном человеческом организме, благодаря которым было спасено немало жизней.

Коперник провёл в Италии по одним данным семь лет, по другим – девять. Изучил почти все отрасли знаний того времени. Атмосфера располагала к постижению всего нового.

Сегодня даже представить трудно тот период великого брожения, когда жил и творил учёный. Эпоха Высокого Возрождения! Эпоха титанов: Колумба, великих  Леонардо, Микеланджело, Рафаэля, Макиавелли, Эразма Роттердамского, Филиппа Парацельса… Развивались все отрасли промышленности, появился первый печатный станок, в связи с чем в Европе начала стремительно развиваться наука. Коперника всё это вдохновляло. Он очень интересовался искусством, учился живописи, рисовал пейзажи и портреты. Поэтому неудивительно, что за годы жизни в Италии он окончательно потерял интерес к делам церкви, хотя до конца своих дней остался её служителем. Каноникат – это всего лишь тихая пристань, обеспечивающая доход, положение в обществе и возможность заниматься астрономией. А к «корочкам», почестям, славе и чинам относился с презрением.

 

Возвращение во Фромборк

Дома он мечтал лишь об одном – наблюдать за звёздами.

Однако тяжёлая болезнь дядюшки нарушила все планы 33-летнего Николая. Шесть лет он был его домашним врачом. Помогал епископу во всём, сопровождал его на всевозможные сеймы, разбирался с тевтонскими рыцарями. А параллельно, как бы между делом, перевёл с греческого на латынь сборник «Моральные, деревенские и любовные письма» византийца VII века Феофилакта Симокатты.

Лукаш умер в 1512 году, возвращаясь с одного из сеймов. Тевтонский орден избавился от опасного противника, Коперник же потерял своего покровителя и самого надежного друга.

 

Астрономия рука об руку с астрологией

 

Первые четыре года после его смерти Коперник вел довольно однообразную жизнь во Фромборке. Как и все каноники, жил при соборе, в башне которого устроил обсерваторию. Осенью 1516 года его избрали управляющим южными владениями Вармийской епархии вместо Тидеманна Гизе – друга и весьма образованного человека, и Николай переехал на четыре года в Ольштын. В его обязанности входил надзор за работой городских чиновников и сельских старост, сбор налогов, наблюдение за правосудием на подвластных капитулу территориях.

В это время резко обострились отношения с Орденом. Это был очень сложный период для епархии. Войска тевтонцев захватили часть вармийских земель, жгли и разоряли деревни.

Коперник организовал оборону не завоёванных Орденом городов, с небольшой группой верных помощников из местного населения построил укрепления и фортификационные сооружения. остальные попрятались в лесах, а служители капитула со страху разбежались из Фромборка кто-куда: одни по безопасным крепостям, другие за границу.

Коперник до победного конца держал оборону Ольштына, за что король наградил его титулом Комиссара Вармии. Так учёный занял в капитуле руководящее место и занялся работой над «Малым комментарием». Теперь осталось найти время для изложения большого сочинения. Но его-то как раз катастрофически не хватало. Хозяйство не отпускало.

 

«Здесь покорённые воды течь принуждены на гору»

Удивительно, сколько всего Николай Коперник знал и умел. В Фромборке, например, в течение двух столетий действовало гидротехническое сооружение, к строительству которого учёный и, как выяснилось, замечательный хозяйственник был причастен. Об этом напоминает надпись на в одной из башен собора:

Здесь покорённые воды течь принуждены на гору,
Чтоб обильным ключом утолить жителей жажду.

В чём отказала людям природа, – искусством преодолел Коперник.
Это творение, в ряду других, – свидетель его славной жизни.

Надпись была сделана, естественно, на латыни. Организации водоснабжения городов Вармийской епархии и использовании водных ресурсов для хозяйственных нужд посвящены исследования кандидата технических наук Фёдора Нестерука – «Инженерные работы Николая Коперника». Их подтверждают и исследования польских учёных. В книге «Николай Коперник» советский и российский астроном и математик, с 1996 года – преподаватель университета в польском Седльце Евгений Александрович Гребеников, именем которого названа малая планета 4268, пишет, что по проекту Коперника в двух километрах от Фромборка на реке Бауда были построены большая водосливная плотина, дамба, водохранилище и шлюз, регулировавший уровень воды в водохранилище. Из Бауды вода отводилась каналом, названного Коперниковским. «Трасса канала местами совпадала с руслом реки, но не доходя двух километров до холма, на котором располагался Фромборкский собор, она круто поворачивала к нему. Благодаря особенностям местного рельефа здесь вода заметно ускоряла своё течение и колёса мукомольной мельницы, построенной в конце канала, вращались под её напором. Далее вода проходила под башней, в которой было установлено механическое устройство со сливными ковшами, поднимающее часть воды на высоту 25 метров для хозяйственных нужд. Протекавшая дальше вода из канала приводила в действие две водяные мельницы, а затем сбрасывалась в Балтийское море. Общая длина всего гидротехнического комплекса составляла около четырёх километров».

Более поздние исследования доказывают, что Коперник был инициатором и руководителем строительства водопроводов в Торуни, Бранёве, Любаве, Грундзёндзе и других городах Вармийской епархии.

 

Реформа календаря

Авторитет Коперника был настолько велик, что его пригласил в Рим епископ Павел Миддельбург, известный математик, занимавшийся вопросами летоисчисления. Он попросил учёного высказать своё мнение по поводу реформы юлианского календаря. Год в нём был длиннее действительного, тропического. С 325 года до начала XVI столетия расхождение достигло девяти суток. Изменения, конечно же, были необходимы. Но более всего в них нуждался Ватикан для правильного определения Пасхи и других подвижных праздников. Коперник наотрез отказался от обсуждения до тех пор, пока не будут известны мельчайшие детали движения Солнца и Луны. Таким образом, реформа была проведена только через 68 лет папой Григорием XIII. В основу её положены точные расчеты самого Коперника.

 

Реформа денег

Как видим, учёный-астроном большую часть своей жизни вынужден был заниматься не имеющими к астрономии никакого отношения делами. Например, его очень волновала проблема порчи и обесценивания монет. Коперник написал на латыни три работы по усовершенствованию финансовой системы: «Размышления», «О способе чеканки монет» и «Трактат о чеканке монет».

Право чеканить монету было выгоднейшей привилегией, и прусские города боялись его потерять. В коренной Польше гривны и гроши чеканились в одном монетном дворе. А в маленькой Пруссии - в четырех. Содержание серебра в кёнигсбергских талерах и шиллингах постоянно уменьшалось. Почему – предстояло выяснить. Коперник понял, что порча денег даёт Ордену дополнительные средства для войны и потребовал оставить только один монетный двор. В своем «Трактате» он писал:

«Хоть несть числа бедствиям, от которых погибают королевства, княжества и республики, по моему разумению четыре главные из них это: раздоры, смертность, неплодородие почвы и порча монеты. Первые три столь очевидны, что их никто не оспаривает, но четвертое признается только немногими, которые глубже вникают; оно влечет за собой падение государства не сразу и резко, а исподволь и скрытно».

В работе «О способе чеканки монет» он пришёл к выводу, что любая попытка государства сэкономить на выпуске полноценных денег и пустить в оборот «облегченные» монеты обязательно повлечёт за собой  вытеснение «хороших» денег «плохими», что приведет к подрыву экономики, «усугубляемому неизбежной коррупцией при обмене в казначействе обладающих разным весом, но формально равноценных монет». Коперник призывал принять срочные меры, иначе “скоро Пруссия будет иметь монету, состоящую из одной меди. Тогда прекратится всякая внешняя торговля. Ибо какой же торговец согласится отдавать свои товары за медные монеты? Неизбежно возникает удорожание необходимых для жизни товаров. Все повышается либо падает в цене от того, какова стоимость денег. Цены товаров определяются не медью, а золотом и серебром.

Однако большинство предложений Коперника не было принято. Требование, чтобы государство не пыталось извлечь прибыль из чеканки монет, казалось в то время таким же абсурдным, как гипотеза о движении Земли. Кроме того, осталось неясным: а за чей счет проводить реформу? На этой печальной ноте и закончилось участие Коперника в монетных делах.Еще раз Коперник вернулся к экономическим вопросам в 1531 году, когда он составил «Ольштынский хлебный тариф» с рекомендацией привести вес однопфенниговой булки в соответствие со стоимостью зерна. Подойдя к проблеме с характерной для него скрупулезностью, он рассчитал скользящую шкалу, чтобы учесть широкий спектр предполагаемых колебаний рынка.

Все эти средневековые проблемы со временем будут в просвещённой Европе решены благодаря его последователям.

 

Nicolaus Copernicus

Личная жизнь

К 60 годам учёный решил заняться наконец изучением небесных светил и закончить книгу, до которой всё никак не доходили руки. Накопилась огромная стопка рукописей, исписанных мелким с красивыми завитушками почерком. На верхнем листе выведено заглавие будущего творения: «Николая Коперника, торунца, об обращениях небесных сфер».

Постаревший и слегка располневший Коперник был по-прежнему импозантен и выглядел бодрячком для своих лет. Здоровье позволяло много работать. Он наблюдал за звёздами, бегал на вызовы к больным. Лечил и сифилис, и подагру. И пора бы задуматься о печатании своей книги, но, как на грех (впрочем,  для каноника это так и есть) влюбился в юную красавицу Анну, дочь своего дальнего родственника по линии матери Мацея Шиллинга, известного тогда медальера и резчика по металлу. В одной из своих астрономических таблиц Николай обвёл знак Венеры контуром из листьев плюща. Это была фамильная марка Шиллингов, красовавшаяся на монетах и медалях, которые чеканил отец Анны.

В соответствии с церковными канонами в доме служителя церкви не могла находиться ни одна женщина, кроме экономки, да и та должна была быть близкой родственницей не первой свежести.

Однако Коперник «ослушался» и привёл возлюбленную в дом. Ведь у коллеги и его приятеля – каноника Александра Скультети тоже жила совсем не старая женщина, причём имевшая от него детей.  

Несколько лет всё было спокойно. С присутствием молодой якобы экономки в доме учёного церковная общественность смирились. Но счастье было недолгим. В 1538 г. вармийским епископом избрали бывшего друга Коперника Дантиска. С недавних пор он невзлюбил образованных и свободомыслящих каноников и стал так добросовестно следить за соблюдением церковных законов, что тут же отреагировал на кляузы от злопыхателей и завистников. Дантиск решил, что привлекательность Анны на самом деле опасна и соблазнительна для других собратьев и велел покинуть ей сначала дом Коперника, а со второй жалобой – и сам Фромборк. Против совершенно сломленного учёного составили обвинение. Эта грязная история длилась довольно долго и подорвала его здоровье. После мозговых кровоизлияний его парализовало. Скультети тоже поплатился за свои грехи: его исключили из капитула и изгнали из Польши.

 

«Счастлив век, породивший такого учёного»

Революционная (и чреватая в те времена судом инквизиции с последующим, например, сожжением на костре) мысль о том, что Земля обращается по орбите вокруг Солнца появилась у Коперника задолго до появления на свет его величайшего творения «О вращениях небесных сфер». Понимание гелиоцентрической системы у него сложилось уже в 1506–1508 годах. Но он не мог ограничиться высказыванием гипотез. Почти всю жизнь он искал доказательства вращения Земли вокруг Солнца. Однако в его время наука ещё не владела методами и инструментами, способными доказать это наглядно. Используя все имевшиеся тогда в распоряжении учёных достижения математики и астрономии, Коперник доказал свои предположения, по сути, теоретически. И лишь в 1851 году французский физик, математик и астроном Жан Бернар Леон Фуко создал экспериментальный маятник – груз, подвешенный на проволоку 67-метровой длины и показывающий траекторию суточного вращения Земли.

Коперник долго не решался публиковать свои исследования. Выдающиеся и умнейшие люди увещевали не медлить дольше и обнародовать труд «для общей пользы занимающихся математикой». Учёный сдался.

В день смерти, 23 мая 1543-го, Копернику был доставлен залог его бессмертия – книга «О вращениях небесных сфер». По преданию, «друзья вложили ее в руки больного, но смерть уже овладела своей жертвой». Через несколько часов великий торунец скончался. Ему не пришлось познать равнодушия, с которым отнеслись к его труду даже некоторые образованные люди того времени, и испытать гонений, обрушившихся на его учение со стороны церкви.

«Счастлив век, породивший такого учёного», – сказал о Копернике его единственный ученик, немецкий астроном и математик Иоахим Ретик.


Читайте также