/ Калининград

Конец прекрасной эпохи

Заканчилась целая эпоха в экономическом развитии региона. Это эпоха действия федерального закона «Об особой экономической зоне в Калининградской области», принятого в 1996 году. Особая зона существовала на территории области и до 1996 года, но федеральный закон определил четкие правовые рамки, которые задали вектор развития экономики эксклава. Идею организации в регионе свободной экономической зоны выдвинул профессор Маточкин Ю.С., который в 1991 году стал первым калининградским губернатором.

Существовавшая с 1991 года свободная экономическая зона «Янтарь» действовала на основании Постановления совета министров РСФСР  № 497 «О первоочередных мерах по развитию свободных экономических зон в Калининградской и Читинской областях», которым 25 сентября 1991 г. было утверждено Положение о свободной экономической зоне в Калининградской области (СЭЗ «Янтарь»). Она проработала до отмены всех таможенных льгот, не предоставленных в рамках законов Указом Президента РФ от 6 марта 1995 года. Это была первая встряска для тех предприятий, которые работали в рамках свободной зоны. Потом было еще много изменений, которые надо было учитывать. И это не только законодательство РФ. Переход Литвы на стандарты Евросоюза изменил правила транзита и таможенного оформления, а это был элемент деятельности любого предприятия, которое имело партнеров в других регионах России. И по сей день не каждое российское предприятие работает с таможней, что создает дополнительные проблемы Калининградскому бизнесу.

Тут, наверное, необходимо напомнить, в каких условиях создавалась свободная зона. Страна вступила в рыночные отношения, опыт отсутствовал не только у руководителей предприятий, но и руководителей региона. Честно говоря, тогда и предпринимателей толком не было. Ни опыта, ни знаний, одни проблемы. В общем, никто не знал, как надо правильно работать в новых условиях.

Распад Советского Союза потребовал выстраивания экономических связей
практически с чистого листа. И в этой ситуации идея свободной экономической зоны
стала той находкой, которая позволила спасти и сохранить экономику области.

Сейчас эта эпоха, которая длилась двадцать лет, завершается. Нет, у нас в регионе будет действовать режим особой зоны, введенный Федеральным законом №16 в 2006 году. Но отличие двух законов заключается в том, что по закону 2006 года особая зона это экономический режим, а не территория. То есть возможности условий ОЭЗ распространяются только на отдельные предприятия, которые включены в реестр резидентов ОЭЗ.

Открытость для всех желающих, вот что было отличительной чертой закона, который в 2016 году завершает свое действие. Благодаря такой открытости вырос целый слой предпринимателей, которые начинали свой бизнес «с нуля» и строили его, используя активную кооперацию сначала с соседними, а потом и более дальними странами. Многие бизнесмены, которые начинали как индивидуальные предприниматели, получили свой первый опыт в условиях особой зоны и уже давно переросли масштабы Калининградского рынка.

Все годы действия режима особой зоны по закону 1996 года он имел массу недоброжелателей.

Последовательную «нелюбовь» демонстрировал федеральный Минфин, не отставала и Федеральная таможенная служба. Возникающие в условиях особой зоны виды экономической деятельности начинали выходить на рынки регионов России, а «благодарные» конкуренты из числа местных делали все возможное, чтобы от них поскорее избавиться. Именно благодаря конкурентам, лепился образ «особой экономической черной дыры», а преференции ОЭЗ выставлялись практически казнокрадством. Таким образом режим ОЭЗ в Калининградской области постоянно подвергался проверкам на прочность. Я не помню ни одного года, когда не было бы попыток что-то ограничить или отменить. Крупным предприятиям области постоянно приходилось судиться то с таможней, то с налоговой службой, которые постоянно пытались взыскать с них те платежи, от которых освобождал закон об ОЭЗ.

С 1998 года были введены квоты на импорт ряда товаров. Если включение в перечень товаров, которые производились в области, оправдывает такие ограничения защитой местного производителя, то некоторые работали против калининградского производителя. Например мясо, квотирование которого серьезно подорвало мясопереработку в области. Анекдотом выглядит включение бананов, а вот квоты на легковые автомобили, которые ввозили физические лица, объясняли «восстановлением справедливости» по отношению к жителям других регионов страны, вынужденным платить пошлины.

Не исключено, что свою роль в сложном отношении  к особой зоне, сыграло и то,
что все преференции предоставляются за счет средств, которые должны поступать
в федеральный бюджет.

По-видимому, это является наиболее сильным раздражителем для министерства финансов России. Такая несбалансированность источников преференций и порождает недовольство ОЭЗ. Поставьте себя на место клерка из фискального ведомства. Вам надо план по доходам выполнять, а тут ОЭЗ. План надо выполнять здесь и сейчас, а рост благодаря созданным условиям состоится неизвестно когда. Наверное поэтому закон 2006 года также содержит определенные преференции для резидентов особой зоны, только они предоставляются за счет тех платежей, которые могли бы поступать в областной бюджет.

Можно только предполагать, но логика подсказывает, что если бы преференции ОЭЗ предоставлялись бы за счет всех бюджетов, это дало бы дополнительные аргументы в спорах с федеральным центром. Кстати опыт специальных зон других стран показывает, что они так и делают – предоставляют льготы за счет бюджетов разных уровней. Тут надо обратить внимание на возможность создания локальных ОЭЗ, которую предусматривал областной закон. Их не было создано ни одной, то есть на региональном уровне не торопились предоставлять преференции для бизнеса за свой счет.

К чести законодателей надо сказать, что закон 1996 года оговаривал, что при прекращении его действия переходный период не может быть меньше 3 лет, а реально такой период составил 10 лет. Начался он 1 апреля 2006 г., а последний день ОЭЗ - 31 марта 2016 г.

Правда эти десять лет пролетели незаметно и не все предприниматели
готовы к изменениям.

Мы можем сколько угодно апеллировать к бизнесменам идеями социальной ответственности, регионального патриотизма и другими очень важными вещами, но решения они будут принимать исходя из соображений своей выгоды. Любой предприниматель, рациональный человек. Критериев рациональности придумано только два: максимизация прибыли и максимизация полезности, которая приведет к максимизации прибыли в дальнейшем. Сейчас прекращение режима ОЭЗ для многих означает сокращение прибыли, а получение статуса резидента ОЭЗ по закону 2006 года для действующих предприятий закрыто.. Понимание этого привело к тому, что ряд предприятий уже ушел в другие регионы.

 

Хронология

 

Это обращает внимание на еще одну важную сторону уходящего закона. Она заключается в отсутствии каких-то финансовых или имущественных требований. Закон 1996 года был очень демократичен. Практически любое предприятие или индивидуальный предприниматель, которые участвовали во внешнеэкономической деятельности, получали выгоды от тех возможностей, которые представляла особая экономическая зона. Новый закон, если так можно сказать про документ, принятый почти десять лет назад, установил требования по объемам инвестиций, которые должны быть не менее 150 миллионов рублей в течении трех лет.

С одной стороны логика такого подхода обосновывалась желанием привлечь крупных инвесторов, но с другой стороны не учитывала интересы малого бизнеса. Это выглядит несколько непоследовательным, если учесть признание ключевой роли малого предпринимательства в экономическом развитии. Кроме того, закон требует, для получения статуса резидента Особой экономической зоны обратиться в ее администрацию.

Роль администрации ОЭЗ выполняет правительство области.
И совсем не очевидно, что вас с первого раза внесут в реестр резидентов ОЭЗ.

Кроме того, крупному бизнесу рынок Калининградской области «маловат» население меньше миллиона человек и доходы ниже средних по стране. Поэтому он ориентирован или на другие регионы страны, или на внешнеэкономическую дейтельность. Все это значит, что региональная экономическая модель обречена на изменения. Какими они будут и насколько окажутся эффективными мы поймем не раньше чем через год.