/ Калининград

Слактивизм: можно ли решить социальные проблемы, лёжа на диване

Почти каждый день в наш языковой обиход входят новые слова. Независимо от происхождения – русского или иноязычного, их появление часто (хотя и не всегда) свидетельствует о возникновении нового или признании уже имеющегося социального явления. Одно из таких сравнительно недавно появившихся явлений и обозначается словом «слактивизм» (slactivism).

Слово производно от английских slacker (лентяй, бездельник) и activism (активизм) и отражает всё более распространяющийся в обществе тренд к сетевой, виртуальной социальной активности – через подписание онлайн-петиций, распространение информации через интернет, сетевые флэш-мобы, лайки и перепосты в социальных сетях (для обозначения последних также используется термин кликтивизм (clicktivism) – от click – нажатие кнопки).

Слактивизм стал возможен благодаря развитию интернета и широкому распространению технических устройств и в этом смысле является объективным следствием научно-технического прогресса. Однако интерес к этому феномену связан, прежде всего, с теми возможностями, которые «диванный» активизм, как его нередко называют, открывает для граждан, желающих внести свою лепту в решение тех или иных социальных проблем.

Не все, впрочем, согласны с такой постановкой вопроса: за недолгое время своего существования слактивизм приобрёл не только сторонников, но и противников.

Каковы же аргументы той и другой стороны, и можно ли, «сидя на диване», решать проблемы своего района, города или общества в целом?

 

Ноль результата: бессмысленно и бесполезно

Критики слактивизма (к таким, например, относятся авторы статьи словаре Urbandictionary) утверждают, что ни к каким ощутимым практическим результатам лайки, перепосты и подписание петиций не приводят. Более того, активность в сети заменяет реальные действия, и потому слактивизм не только бесполезен, но и вреден. 

Слактивизм  акт участия в очевидно бессмысленной деятельности, удобная альтернатива реальным усилиям по решению проблемы.

Подобные рассуждения не лишены смысла. Беглый обзор петиций, размещенных на сайте change.org, показывает, что большинство из них не приводит к ожидаемому эффекту – законодательство остается прежним, невиновные отправляются в тюрьму, а преступники остаются на свободе, исторические здания сносятся, на месте парка вырастает жилой квартал, а ответственные за это чиновники продолжают «работать». Наиболее «решабельными» оказываются маленькие и очень конкретные проблемы типа ремонта долгие годы текущей крыши или приобретения инвалидного кресла для измученного равнодушием социальных служб человека.

Зато петиции, как и другие проявления слактивизма, оказываются весьма удобным способом «канализировать» гражданскую активность в безопасное для властей русло: даже 100 тыс. подписей, собранных за неделю, не производит на нее такого впечатления, как акции прямого действия – митинги, демонстрации, забастовки. Петиция, говорите? Пусть себе подписывают – а Васька слушает да ест.

 

Слактивизм – способ выразить свою позицию и успокоить совесть

Слакт-действие всегда ничтожно мало в сравнении с масштабом проблемы, на решение которой оно направлено. Единственный видимый результат, который оно дает, это самоуспокоение, удовлетворение от причастности к чему-то большому и хорошему, а также ее публичной демонстрации. Поставив свою подпись под онлайн-петицией или лайк под постом, мы считаем свой долг выполненным. Проблема остается нерешённой, но мы можем спать спокойно.

Так, например, под петицией в защиту придорожных аллей Калининградской области подписалось более двух тысяч человек, ещё более тысячи являются участниками группы на Facebook, однако реальной работой (организацией просветительских мероприятий, общением с чиновниками и т.п.) в течение уже нескольких месяцев занимается лишь небольшая группа активистов.

 

А был ли мальчик?..

Еще один довод, подпитывающий скепсис в отношении слактивизма, состоит в том, что проблема может быть поставлена некорректно, а то и вовсе не существовать.

Показателен в этом плане эксперимент, поставленный датским психологом Андерсом Колдиг-Йоргенсеном, который создал в Facebook группу, призванную защитить от сноса исторический фонтан в центре Копенгагена. В реальности фонтану ничего не угрожало, однако число его виртуальных защитников превысило 27 тысяч, никто из которых при этом не только не предпринял никаких реальных действий по спасению памятника, но и не попытался выяснить, насколько велика угроза его уничтожения.

 

На чью мельницу вода?

Типичным такой сюжет, конечно, не назовешь, однако он позволяет выявить определенные проблемы, порождаемые слактивистскими кампаниями. Одной из них является обострение дискуссий, а то и вовсе конфликтов вокруг предмета спора и усиление противной стороны. Показателен в этом отношении сюжет калининградской брусчатки, вопрос о спасении которой был поставлен группой активистов в  2012 году в обращении к администрации города. Инициатива по сохранению брусчатки и шире – всего историко-культурного наследия региона – привлекла не только сторонников, но и растревожила противников брусчатого покрытия городских улиц – любителей быстрой езды и любительниц шпилек, голоса которых кажутся чиновникам калининградской мэрии особенно весомыми. Несмотря на то, что большинство калининградцев выступает за сохранение брусчатки, споры на эту тему до сих пор не окончены, поскольку в их основе лежат глубокие расхождения в ценностях и интересах различных социальных групп.

Слактивизм не ведет к качественным социальным изменениям, безопасен для властей и дает ложное ощущение причастности

Слактивизм повышает осведомленность 

Сторонники слактивизма утверждают, что он, как минимум, способен повысить осведомленность  людей о проблеме, привлечь внимание широких слоёв общественности к конкретной ситуации, усилить коллективные настроения в отношении определенных политических и идеологических трендов и практик. В случае успешной кампании, это само по себе является хорошим результатом. Актуализация же проблемы в общественном сознании, в свою очередь, может привести к реальным действиям.

Исследование Кэта Джонса, посвященное эффектам распространения социальных видео-репостов, показало, что чем более интернет-пользователи склонны делиться видео, тем больше они стремятся узнать о той проблеме, которой оно посвящено. То есть клик-активность в сетях действительно способствует росту информированности и внимания общества к различным социальным проблемам.

 

Реальные изменения возможны

Следствием роста осведомленности может стать вовлечение людей в реальные действия – пожертвования денег и вещей, волонтерская работа и т.д.

Об этом свидетельствует успех наиболее известного на сегодня сетевого флэш-моба Ice Bucket Challenge. В акции, призванной повысить осведомленность о таком заболевании, как боковой амиотрофический склероз (ALS), приняли участие тысячи людей по всему миру, что в итоге позволило собрать 220 млн. долларов. Эта сумма была потрачена на исследования этого редкого заболевания, в ходе которых ученые уже выяснили возможный механизм его излечения. 

В целом, активная гражданская жизнь в интернете позитивно сказывается на реальной активности человека: такие люди чаще жертвуют средства на благотворительность, распространяют информацию о социально значимых проблемах и возможностях их решения посредством гражданского участия, поощряют «новичков».

 

Не качество, а количество

Интернет-техологии расширяют возможности вовлечения большого числа людей если не в решение, то в обсуждение тех или иных социальных проблем, от глобальных до локальных.

Стать участником сетевого флэш-моба или подписать онлайн-петицию можно независимо от возраста, гражданства, места жительства и других характеристик. Массовые слак-действия способны оказывать давление на политиков и компании.

В 2012 году на платформах change.org и sumofus.org были размещены петиции с требованием  к компании Apple заняться расследованием условий труда на заводах своих зарубежных (прежде всего, китайских) партнеров. Apple не могла проигнорировать четверть миллионов подписей, собранных под этим обращением, и начала сотрудничать с Ассоциацией честного труда (Fair Labour Assosiation), став таким образом первой технологической компанией – партнером FLA.

 

Возможность проявить человечность

Интернет-активизм дает возможность выразить свое отношение к проблеме, независимо от того, затрагивает ли она тебя лично и насколько близко от тебя происходит. Ставя лайк или делая репост, мы выражаем свое эмоциональное отношение к тому или иному событию, солидарность с людьми, которые оказались в беде, сопереживаем им. В апреле 2014 года в нигерийской деревне Чибок радикальной исламистской организацией Боко Харам были похищены 276 девочек. Люди по всему миру, сочувствующие трагедии, не могли присоединиться к маршу в столице Нигерии Абудже и продемонстрировали свое отношение к ней через интернет. За три недели хэштег #bringbackourgirls был использован более 1 млн. раз, в кампании приняли участие самые разные люди, включая звезд шоу-бизнеса и политики.

 

Быть слактивистом очень просто

Несмотря на этимологию, слактивизм не всегда активизм ленивых. Перепост информации  или подписание интернет-петиции не требуют особых физических усилий и занимает всего пару минут, так что это хорошая возможность высказаться и проявить участие для людей, возможности реальной активности которых ограничены особенностями здоровья, местом жительства или чрезмерной занятостью.

Слактивизм – простой и доступный способ выразить свое отношение, проявить сочувствие, путь к повышению информированности и реальным делам.

Плохие новости

Увы, все или почти все примеры успешных слактивистских кампаний имеют нероссийское происхождение. Большинство петиций, опубликованных россиянами на change.org, не набирают и 100 тыс. подписей (что составило бы менее 1% взрослого населения страны). При этом, по имеющимся оценкам, 9 из 10 петиций остаются без ответа. Что уж говорить о постах, перепостах, комментариях и лайках в российском сегменте социальных сетей, в которых задействованы в лучшем случае несколько сотен человек.

Тем более малочисленными являются кампании, направленные на решение локальных проблем – защиты сквера от застройки, исторического здания от сноса и  т.д. Например, обращение в защиту Деревянного моста в Калининграде подписали к настоящему времени менее полутора тысяч человек, а петицию против передачи бастиона Прегель мотоклубу «Ночные волки» и вовсе немногим более 250 человек.

Естественно, вероятность быть проигнорированными у сторонников таких кампаний весьма высока.

Россияне не только редко прибегают к активистским действиям в реальном социальном пространстве, но и являются более ленивыми слактивистами, нежели граждане других стран мира.

Причин тому может быть много, но представляется, что одной из ключевых является отсутствие (или недостаток) у многих из нас опыта реальных действий и столь же реальных последствий этих действий.

Знаменитый социальный психолог Роберт Чалдини утверждает, что, когда мы отдаем своё` время и энергию какому-либо делу, оно становится частью нас, нашей идентичности, что повышает вероятность того, что мы снова сделаем это. Другими словами, опыт участия, скажем, в Осенних днях спасения каштанов в прошлом году, способствует тому, что мы вновь примем участие в подобном мероприятии.

С другой стороны, нам необходимо знать, что наши усилия достигли цели. Отсутствие какого-либо результата негативно сказывается на нашем энтузиазме, провоцирует апатию и неверие в собственные силы. Напротив, понимание того, к каким эффектам привели наши действия, вселяет в нас веру в собственные силы и стимулирует дальнейшую активность. Так, например, эксперимент Адама Гранта и Джейн Даттон показал, что знание о том, как именно помогли их денежные пожертвования (что именно было сделано на эти деньги), вдохновляют людей на еще большую щедрость.

В стране, где не принято обращать внимание на народ, граждане с недоверием относятся не только к представителям власти, но и к различным общественным инициативам. Более того, они не доверяют и самим себе. Поэтому даже подписание и распространение петиции оказывается для многих делом непростым, требующим определенной внутренней работы.

 

Что делать?

Наверное, спасти мир нажатием кнопки компьютерной мыши нельзя. Но можно попытаться. Ставя «лайк» или делая перепост, мы объединяемся – хоть и виртуально – с другими людьми, разделяющими наши взгляды и ценности, мы рассказываем другим о какой-то важной проблеме и обозначаем своё к ней отношение. Подписывая петицию или участвуя в интернет флэш-мобе, мы делаем первый шаг на долгом пути к лучшему, более свободному, толерантному и справедливому обществу.

Ставьте лайки и подписи. Но не бойтесь выходить в оффлайн.