/ Клайпеда

Клайпеда и окрестности: захватывающая история и что там ещё интересного

Панорама Мемеля (Клайпеды).
Роберт Асмус,
гравюра, XIX век.

Три прибалтийских портовых города – Клайпеда, Калининград и Гданьск – в своей истории имеют много общего. Все они в разное время находились под властью Тевтонского ордена, входили в состав Восточной Пруссии и Германской империи. В послужном списке каждого остался и коммунистический след. Но однажды их пути разошлись. Сегодня Клайпеда – в прошлом немецкий Мемель – является административным центром одноименного края Литовской республики, третьим по величине городом Литвы после Вильнюса и Каунаса и одним из крупнейших незамерзающих портов на берегах Балтийского моря. Но, прежде чем Мемель войдет в состав Литвы под названием Клайпеда, пройдет почти семь столетий.

НЕ ПОЖАР, ТАК ЧУМА

29 июля 1252 года магистр Ливонского ордена Эберхард фон Зайне и епископ Курляндский Генрих договорились на месте сожженной деревушки под названием Клайпеда построить замок Мемельбург и город Мемель. 1 августа 1252 года из канцелярии епископства вышел документ, подтверждающий договор от 29 июля, речь в котором шла о том, что епископ обязуется помогать Ордену деньгами в течение 5 лет, считая этот срок с дня начала строительства, и в течение года выделять для работ 500 человек. По истечении условленного срока замок, город и прилежавшие земли стороны должны были разделить между собой — две части ордену и часть епископству. В том же 1252-м замок был готов. Это была довольно громоздкая деревянная конструкция, которая вскоре сгорела во время нападения жемайтов. Вместо нее довольно быстро был построен каменный замок, а под его стенами — город Мемель, получивший название в честь реки Неман (нем. – Memel).

Samogitia

Жемайты

 

Жемайты, или жямайты, жмудь — это население исторической области Жемайтия, этническая группа в составе литовцев в Западной Литве. Предположительно, название происходит от литовского «žemas» — «низкий, низменный». По другой версии, слово «жемайты» произошло от литовского žemė — «земля». Предки жемайтов в V веке населяли бассейн реки Швентойи. Затем племя продвинулось на запад до Жемайтской возвышенности в верховьях рек Дубиса и Юра. Первое упоминание Жемайтии относится к 1219 году. С XIII века жемайты постоянно воевали с Тевтонским орденом за свою независимость и в 1422 году вошли в состав Великого княжества Литовского, образовав свое Жмудское староство. Привилей Казимира 1441 года установил автономию Жемайтии — право выбирать старосту и тивунов. В XV веке жемайты последними из европейцев были обращены в христианство. В первой половине XX века была создана отдельная жемайтская письменность на основе латиницы.

По договору в Мемельском замке должна была чеканиться монета и иметь хождение во всем Курляндском диоцезе (епархии), а подданные Ордена и епископа — иметь право на свободную торговлю во всей Курляндии.

8 февраля 1253 года были документально утверждены границы города, треть которого в соответствии с договором отошла епископу. Такое единодушие духовной и светской власти имело стратегическое значение и объяснялось достаточно выгодным расположением Мемеля, который служил связующим звеном между прусскими владениями Тевтонского ордена и прибалтийскими землями Ливонского. Летом того же года войска жемайтов и самбов осадили Мемельский замок, но взять его не смогли. В ответ магистр Зайне разорил жемайтские земли, а осенью замок перестроил и укрепил.

 

Memel

 

Первоначально Мемелю была уготована судьба стать столицей всей Курляндии, ибо там предполагалось разместить не только единственный для этой провинции монетный двор, но и резиденцию курляндского соборного капитула. Что касается внутреннего устройства новой общины, то первоначально предполагалось предоставить ей Дортмундское городское право. Орден даже был не прочь назвать город Ной-Дортмундом. Однако в 1257 году Мемель получил Любекское право. Оно было довольно жестким, особенно в санкциях по государственным преступлениям. Например, фальшивомонетчиков казнили «путём сварения в кипятке или скальпирования». Кроме того, Мемель должен был стать местом поселения колонистов и играть роль «ворот» в Ливонию. К 1258 году в городе уже было два храма. Один (Св. Иоанна) обслуживал немногочисленных пока еще колонистов, немецких горожан, а другой (Св. Николая) — литовцев из окрестностей. Замковый храм Св. Марии появился чуть позже и находился на территории соборного капитула.

Роль главного организатора в колонизационном процессе отводилась Любеку, о чем  говорит грамота, направленная 27 апреля 1261 года вице-ландмейстером Ордена в Ливонии властям и жителям Любека. В ней содержался призыв — до наступления зимы прибывать морем в Мемель. Орден обещал предоставлять переселенцам в лен «пустующие земли, принадлежавшие ранее убитым куршам-вероотступникам. Норма наделения землей зависела от сословной принадлежности колонистов. Максимальный надел (40 саксонских гуф) предоставлялся рыцарю или «честному бюргеру, прибывшему с конем, закованным в броню». Таким образом, горожанам участие в процессе колонизации давало шанс повысить сословный статус, приблизившись к положению рыцарей.

Первые немецкие колонисты прибыли в Мемель из Гольштейна, Вестфалии (Дортмунда), Любека. Однако их число долгое время оставалось незначительным. В начале XVI века в черте города проживало примерно два десятка семей — человек 100-150. Пригороды были многочисленнее. В них было зарегистрировано 143 семьи не немецкого происхождения, которым в средние века отказывалось в городских правах. За пределами замка селились представители различных этнических групп. В черте города позволялось жить только немцам.

По первоначальному плану город являлся центром епископства, однако из-за постоянных набегов жемайтов, населявших Западную Литву, пробыл таковым совсем недолго. Брат-священник Тевтонского ордена XIV века Петр Дуйсбургский, автор «Хроники земли Прусской», описал трагедию 1323 года: «... Литвины из Жемайтии с войском своим взяли град Мемель ... сам город и три ближайших замка новообращенных, лодки и прочие суда и все, что могло быть взято огнем, кроме только замка, в котором жили братья, они обратили в пепел ...».

Semigallia

Земгалы

 

Земгалы — один из балтских народов, живших на юге Латвии и на севере Литвы. Он прославился своим продолжительным сопротивлением немецким рыцарям-крестоносцам. Земгалы были серьезными военными противниками и для русских княжеств в эпоху феодальной раздробленности на Руси. Некоторые историки утверждают, что земгалы первыми из балтийских народов, установили централизованную власть. Однако она была слаба из-за борьбы между их кланами. Примирившим их вождём был влиятельный Виестартс, или Виестур, который в начале XIII века создал единое государство. Чтобы победить внешних соперников, Виестур заключил союз с Ливонским орденом. Но после нарушения немцами союзнического договора и вторжения в его земли, Виестур объединился с литовцами и в 1236 году разгромил Ливонский орден в битве при Сауле (ныне Шяуляй).

В 1328 году (по другим данным, в 1326-м) Ливонский орден, не способный более защищать Мемель и окрестности от жемайтов, передал замок и город под власть Тевтонского ордена в обмен на владения в Эстонии. Епископ вынужден был покинуть город с братьями Ливонского ордена. Тогда же тевтонские рыцари приняли решение, надолго определившее судьбу Мемельского края. Граница между двумя орденскими провинциями была перенесена к северу от реки Неман, что означало переход Мемеля из Ливонии (территория будущих Латвии и Эстонии) к Восточной Пруссии. Новая власть активизировала вербовку немецких поселенцев для Мемеля. Однако немецкие крестьяне с неохотой ехали в этот чужой, далекий и еще неосвоенный край, поэтому Ордену пришлось звать литовских беженцев, изгнанных из Литвы из-за перехода в христианство, а также принявших христианство куршей, которые довольно быстро германизировались.

 

Layout

Макет средневекового Мемеля в Музее мемельского замка (вверху) и макет замка в Музее Малой Литвы.

Castle

 

О воинственности этого племени тевтонцы знали не понаслышке. Мало того что в 1170 году они разграбили шведский остров Эланд, а в 1187-м захватили и разорили Сигтуну — политический и религиозный центр Швеции, так и войску крестоносцев, состоявшему из бременских немцев, датчан и шведов, высадившихся в Курляндии, в 1193 году крепко досталось от куршей. Так крепко, что у датчан даже молитва появилась: «Господи, храни нас от чумы и куршей». Северогерманский средневековый хронист, каноник и схоластик Адам Бременский советовал христианам держаться от их берегов подальше — на Балтийском море куршские пираты считались самыми беспощадными.

Долгое время курши оставались закоренелыми язычниками. Первый рижский епископ Альберт фон Буксгевден предпринимал попытки обратить их в католичество, но безрезультатно. Не помогло и основанное в Риге в 1202 году Братство воинов Христа, более известное как Орден меченосцев, который позже был преобразован в Ливонский орден. В 1210-м курши двинулись на Ригу и держали ее в осаде три дня. Впоследствии в Мемеле из них вышли замечательные морские таможенники.

Coat of arms of Klaipėda

Герб Клайпеды

 

«В червленом поле золотая зубчатая мурованная стена с тремя башнями, центральная больше. Вокруг башен четыре пятиугольные звездочки. Под стеной корпус корабля». Так описывается герб Клайпеды, утвержденный постановлением президиума сейма Литвы от 1 июля 1992 года. Автором эталона является ЗАО Клайпедский центр дизайна (дизайнер Кястутис Мицкявичюс). Герб практически не менялся практически со дня основания города. По мнению большинства историков и геральдистов, на нем изображен Мемельский замок. Существует версия, что две деревянные башни — это навигационные маяки, символизирующие порт Мемель, а лодка является символом значительного транспортного центра и судоходства. На одном из клайпедских домов XVIII века сохранилось рельефное изображение герба Мемеля в овальном щите с нашлемником в виде мальчика. А на аллее Мажвидо в 2002 году к 750-летию города была установлена 45-сентиметровая скульптура «Герб Клайпеды», и тоже с мальчиком, который опирается правой рукой на щит с рельефом герба. Дошедшая до наших дней старейшая его версия — на городской печати 1446 года, по другим данным — 1619, а если верить книге Klaipėdos tapatumo ženklai: antspaudas, herbas, vėliava («Символы Клайпеды: печать, герб, флаг») — 1258.

 

Klaipėda city seal, 1446

В 1413 году Великий князь литовский Витовт (Витаутас) в своем письме упрекнул магистра Тевтонского ордена за захват чужих земель, а именно Клайпеды (Caloypede).

Так литовское название местности — «Клайпеда» впервые появилось в письменном источнике. Несмотря на то, что в картографии обычно город обозначался как Мемель, на карте, помещенной в книге Кристофера Гарткноха «Старая и Новая Пруссия» за 1689 год, он назывался Caloypede.

В 1525 году, когда Тевтонский орден прекратил свое существование, Великий магистр Альбрехт Гогенцоллерн Бранденбургский перешёл в протестантизм и объявил о создании первого протестантского государства в Европе — герцогства Пруссия. Мемель к тому времени стал важным прусским торговым портом, конкурировавшим с соседними Кёнигсбергом и Данцигом. В 1538-м замок Мемельбург был окружён земляным валом с четырмя бастионами и широким защитным рвом, через который был возведён деревянный мост. Получившаяся крепость, в которой замок теперь играл роль цитадели, стала первым бастионным сооружением во всей восточной Прибалтике.

К середине XVI века город был уже довольно мощно укреплен, но в 1540 году пережил страшный пожар, после которого осталось всего шесть домов. Началось расширение крепостных сооружений. Но ни одно из них не смогло спасти жителей от великой чумы, которая бушевала в 1709–10-х годах на мемельской земле. Она унесла более 2000 жизней, что составляло примерно половину от всего населения Мемеля в начале XVIII века. Ситуация осложнялась и антисанитарными условиями. Водопровода и канализации в городе не было. Воду брали из реки или колодцев. Нечистоты сбрасывали в городские канавы, прямо в реку или в специальные сточные ямы, которые очищались нерегулярно. Порой их просто засыпали и рядом копали новые. В крае обезлюдели целые деревни. И, как после большого пожара (1540 г.), люди начали создавать свой край заново.

 

Žemaitija

Карта Курляндии и Жемайтии (Самогитии) 1659 года.

 

РУССКИЕ В ГОРОДЕ

В 1756 году началась Семилетняя война, которая охватила почти весь мир — Европу, Северную Америку, страны Карибского бассейна, Индию, Филиппины. В ней участвовали не только великие державы, но и мелкие государства и даже некоторые индейские племена. Историки считают эту войну колониальной, поскольку в ней столкнулись колониальные интересы ведущих европейских держав. Россию и Австрию в те времена связывал договор о взаимной помощи. Воспользовавшись этим, Мария Терезия Австрийская буквально призвала Елизавету помочь ей в борьбе против нашествия Фридриха Прусского.

Российская империя вступила в Семилетнюю войну летом 1757 года. Первым городом на пути русской армии оказался Мемель.

«Для взятия города был командирован корпус генерал-аншефа Виллима Виллимовича Фермора. Командующий русской армией фельдмаршал Степан Фёдорович Апраксин торопился и отправил Фермору приказ взять Мемель как можно скорее любыми средствами. Он посчитал, что сил Фермора будет достаточно, по плану его корпус должен был состоять из 27 тысяч человек, но реально он насчитывал лишь 16 тысяч», — пишет в своей работе «Русские осады Семилетней войны 1756–1763 гг.» кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института российской истории РАН Максим Юрьевич Анисимов. — «7 июня 1757 г. Апраксин сообщил Фермору, что, по его сведениям, в Мемеле "малый и весьма к обороне недостаточный и неспособный гарнизон, прикрытия вблизи тоже нет …" В Мемеле действительно под началом коменданта подполковника Кристофа Эрнста фон Руммеля находилось только 800 человек ландмилиции и 80 орудий. ... Фермор, человек осторожный и предусмотрительный, заранее готовился к осаде и тренировал солдат копать осадные апроши. 19 июня русские подошли к Мемелю и стали окапываться, о штурме они не думали. Фермор предложил гарнизону сдаться, но Руммель отказался и сжег предместье. Ночью, освещаемые огнем горящих домов, русские солдаты подвели орудия (4 гаубицы, 5 24-фунтовых и 5 18-фунтовых орудий, 6 мортир) к крепости и 20 июня, совместно с подошедшей русской эскадрой из 6 кораблей, бомбардировали Мемель. Несколько раз в крепости возникал пожар, но его успевали потушить. Бомбардировка была продолжена и в следующие дни. 23 июня Руммель запросил разрешения написать командующему прусскими войсками в Восточной Пруссии фельдмаршалу Иоганну фон Левальду о сдаче крепости, но Фермор ему отказал. На следующее утро комендант прислал парламентера с предложением о сдаче на своих условиях: русские выпускают городские власти, казну, казенное имущество и гарнизон с оружием и почестями, на что Фермор ответил, что он сосгласен выпустить только гарнизон с оружием и без почестей. Руммелю ничего не оставалось, как сдать город, и 25 июня он был занят русскими. Условиями капитуляции, к слову, был не доволен фельдмаршал Апраксин, считая, что не следовало отпускать гарнизон с оружием. Также его недовольство вызвало то, что Фермор не внес в капитуляцию пункт, позволяющий солдатам и офицерам гарнизона уйти из прусской армии и жить, где они пожелают».

Семилетняя война

Семилетняя война (1756–63) — один из самых масштабных конфликтов Нового времени. Она шла как в Европе, так и за океаном: в Северной Америке, в странах Карибского бассейна, в Индии, на Филиппинах. В войне приняли участие все европейские великие державы, большинство средних и мелких государств Европы и даже некоторые индейские племена. Уинстон Черчилль назвал эту войну «первой мировой». Поскольку в ней столкнулись колониальные интересы Великобритании, Франции, Португалии и Испании, ее считают колониальной, и первой окопной — из-за применения большого количества редутов и других быстровозводимых укреплений, и первой артиллерийской. Основное противостояние в Европе происходило из-за Силезии между Пруссией и Австрией, которую последняя потеряла в двух предыдущих Силезских войнах — 1740–42 гг. и 1744–48 гг. Поэтому Семилетнюю войну называют еще и третьей Силезской войной. Этот межгосударственный конфликт вызвал внешнеполитическую переориентацию некоторых европейских держав, известную как «переворачивание альянсов». Пруссия, после прихода к власти в 1740 году Фридриха II, начала претендовать на ведущую роль в европейской политике, тем самым ослабив традиционное соперничество между Австрией и Францией. В России усиление Пруссии воспринималось как угроза её западным границам, интересам в Прибалтике и на севере Европы. Тесные связи с Австрией, союзный договор с которой был подписан ещё в 1746 году, также повлияли на определение позиции России. Военные действия развивались для России успешно: корпус генерала Виллима Фермора взял Мемель, а первое серьёзное столкновение основной русской армии с прусской армией при Гросс-Егерсдорфе завершилось победой русского оружия.С переходом Восточной Пруссии в российское подчинение (1757–62) ею управляли генерал-губернаторы, которые сменяли друг друга. Первым был Виллим Виллимович Фермор, затем барон Николай Андреевич Корф, за ним Василий Иванович Суворов — отец полководца Александра Васильевича Суворова, потом Петр Иванович Панин. Пятым и последним губернатором провинции стал представитель древнего дворянского рода Фёдор Матвеевич Воейков. Его предки, выходцы из Прибалтики, состояли на службе у Дмитрия Донского. Сам же Федор Воейков служил губернатором Риги, чрезвычайным посланником и полномочным министром в Польше. Его губернаторство в Кёнигсберге было непродолжительным, но наиболее беспокойным. В России менялись правители. Семилетняя война окончилась победой англо-прусской коалиции. В итоге Пруссия стала одной из ведущих европейских держав и в конце XIX века возглавила процесс объединения Германии.

Австрийская королева Мария Терезия выразила свое удовольствие российскому послу в Вене графу Кейзерлингу по поводу взятия Мемеля в надежде на то, что неприятеля благодаря удачным действиям русских можно будет в скором времени принудить «к заключению славного и прочного мира».

После смерти императрицы Елизаветы Петровны новый император Петр ΙΙΙ, который поддерживал политику прусского короля Фридриха II, в 1762 году заключил с Пруссией Петербургский мир, в соответствии с которым Россия прекратила военные действия и отказалась от всех захваченных земель. Кроме того, стороны подписали союзный договор об оказании военной поддержки прусской армии. Российская империя ничего не потеряла и не приобрела в Семилетней войне, но усилила свое влияние в Европе, показав свои военные возможности.

Несмотря на то, что Мемель, фигурально выражаясь, был городом тяжелой судьбы, страдал от многочисленных войн, пожаров, голода и чумы, он все же нашел силы подняться экономически, в основном за счет судостроения, деревообработки, рыболовства. И, являясь центром торговли, экспортировал древесину, зерно, лен…  Особенно важны были торговые связи с Великобританией. В начале XVII века в Мемеле осела группа шотландских торговцев, затем здесь образовали большую общину англичане.

 

Alexander I

Свидание императора Александра I с королем и королевой прусскими в Мемеле в 1802 году. С гравюры Вольдта, сделанной с картины Делинга. Скан из книги Николая Шильдера «Император Александр Первый. Его жизнь и царствование». Т. II. С.-Петербург, 1897.

 

Luise

В январе 1807 года королева Луиза с супругом бежали от Наполеона по Куршской косе в Мемель.

 

Посетивший город в 1814 году путешественник Готфрид Петер Раушник-Розенваль в своих дневниках описал Мемель: «...город построен хотя и неправильно, но неплохо. Некоторые улицы не опозорили бы и любую столицу ... Движение здесь чувствуется целый день. Река полна перегружаемыми и грузимыми судами, более мелкими судёнышками, везущими продовольствие и другие товары на рынок, в суматохе толкаются судовладельцы, моряки, купцы, рабочие-литовцы, русские, евреи, поляки, англичане; просмаливаются суда, пакуется товар, лазят любопытные таможенники. И, наконец, сотня ветряных мельниц, лихо крутящихся в городе». Будто и не было вовсе ни войн, ни чумы, ни пожаров.

Во время войны с Наполеоном Мемель был единственным прусским городом, который боевые действия обошли стороной. Поэтому после занятия Берлина наполеоновскими войсками здесь обосновался король Фридрих Вильгельм III — городу довелось побывать даже столицей Пруссии, хоть и временной.

Вскоре в Мемеле был построен торговый порт, продолжила свое развитие деревообрабатывающая промышленность и судостроение — к концу XIX века флот насчитывал уже 80 судов. В городе начала развиваться крупная промышленность. Появилась фабрика химических продуктов Union. В 1899 году начала работу большая фабрика фанеры, а в 1900-м закончилось строительство целлюлозной фабрики, ставшей самым крупным предприятием города. Кроме того, появилось электричество и был введен в эксплуатацию электрический трамвай.

В ХХ век Мемель вступил будучи небольшим промышленным и портовым городом Германской империи с населением 20 685 человек (по данным переписи 1 декабря 1905 года). Из них 17 870 человек признавали себя немцами, 1 071 — литовцами, 851 — евреями.

В 1907 году Мемель посетил кайзер Вильгельм II, чтобы участвовать в открытии памятника Borussia («Боруссия» — латинское название Пруссии), установленного перед городской ратушей к столетию победы над Наполеоном. Бронзовая четырехметровая скульптура была доставлена поездом из Берлина. Мог ли император тогда предположить, что уже в 1923 году «Боруссию» снесут?

 

Memel 21.03.1915

21 марта 1915 года. Бой на Либауэрштрассе в центре Мемеля. 

 

Wasserturm

Взорванная водонапорная башня на железнодорожной станции.

 

ХХ век вообще оказался для Мемеля, как и для всего мира, весьма неспокойным. 18 марта 1915 года город был без боя взят русской армией под командованием генерала Потапова. Немецкий генштаб известие о захвате Мемеля застало врасплох. Точные данные о вступлении русских в Мемель были получены от телефонистки, которая  продолжала разговаривать с немецким офицером до самого занятия почтамта. Последними ее словами были «вот они поднимаются по лестнице». Однако, задержаться в городе у русской армии не получилось. Получив подкрепление из Кёнигсберга и перегруппировавшись, немцы 21 марта выбили русских из разграбленного и опустошенного за три дня Мемеля. Однако, каких-то особенных разрушений городской инфраструктуры эта история не повлекла. Разве что была взорваны водонапорная башня, мост в районе Довиллена и уничтожены несколько навигационных знаков в порту.

 

ОПЕРАЦИЯ «МЕМЕЛЬ»

После Первой мировой войны часть правобережной территории Малой Литвы, так называли Мемельский край, на основании статьи 99 Версальского договора была отделена от Германии. Ситуация сложилась драматическая. Борьбу за принадлежность отторгнутых земель, а по сути, за незамерзающий порт, начали Польша и Литва, хотя местные литовцы в Мемеле (малолитовцы — летувининкай) были последней не очень близки: они почти все вполне лояльно относились к Рейху, исповедовали лютеранство и использовали готический шрифт, характерный для Германии того времени.

Lietuvininkai

Летувининкай

 

Так называли прусских литовцев (или, иначе, малолитовцев), населявших до 1945 года север и восток Восточной Пруссии — Малую Литву. В нее входили восточная часть нынешней Калининградской области и Клайпедский край. В конце XIX – начале XX века число малолитовцев очень быстро сокращалось по причине их германизации и эмансипации в германоязычных городах Восточной Пруссии. Права данной этнокультурной группы последовательно отстаивал немецкий философ, полиглот, переводчик, публицист и поэт Георг Зауэрвайн (псевдоним — Гиренас), который писал на 30 языках, разговаривал на 62-х и понимал еще две сотни языков и диалектов. В 1875 году ученый жил в Клайпеде, где выступал за права литовского языка в Восточной Прусии. Малолитовцы с XVI века были в основном лютеранами. В начале XX века некоторые представители летувининкай противопоставляли себя литовцам Большой Литвы — жемайтам,  использовали для литовского языка не только другую орфографию, но и готический шрифт и, являясь германскими патриотами, были более близки немцам, нежели своим литовским сородичам.

Мемельский вопрос называли «горячей картофелиной дипломатии». Из-за неясной политической ситуации вокруг города, да и в самой Большой Литве, хозяевами края страны-победительницы назначили французов.

13–14 февраля 1920 года в Мемель прибыл небольшой батальон из 200 человек под командованием генерала Доминика Одри, который передал бразды правления местному самоуправлению — Директории, состоявшей из местных немцев. Они и решали все текущие вопросы края. 7 июля 1920 года генерала Одри заменил французский комиссар Петишне, который попытался реорганизовать управленческий аппарат области, но на деле старая прусская администрация сохранила свое влияние.

Три года находившийся под протекторатом Франции Мемель немного ожил — фактически, но пока еще неофициально он стал вольным: имел право заключать торговые договоры с иностранными государствами, имел свой суд, флаг и таможенный суверенитет, сохраняли силу прежние законы. Одна за другой открывались коммерческие фирмы, банки. В город устремился иностранный капитал. Возродились и традиции морского судостроения: в 1922 году верфь инженера Линденау построила первый в истории города железный пароход большим водоизмещением. Но вместе с тем чувствовалось напряжение между различными этническими группами. На фоне видимого благополучия появилась новая проблема — безработица. Назревал экономический кризис, особенно в деревообрабатывающей промышленности. Считается, что именно из-за кризиса идея с «вольным городом» повисла в воздухе. «… эту идею энергично и настойчиво пропагандировали немцы, невзирая на экономические трудности и возможные потери промышленности, к которым привела бы реализация проекта. Националистически настроенная часть литовцев региона, не поддерживавшая эту идею и призвавшая на помощь соотечественников из Литвы, подняла вооруженное восстание против правительства Мемельского края», — написал в своих воспоминаниях премьер-министр Литвы Эрнестас Галванаускас (1882-1967).

Официального объявления Мемеля вольным городом не произошло. В 1923 году он перестал быть немецким и вошел в состав Литвы. Для немцев Мемель стал жертвой агрессии со стороны Литвы, а литовцы стремились вызволить его из семивекового немецкого порабощения.

Литовское правительство весьма удачно выбрало момент захвата Мемеля: зимой 1922–23 гг. Германия и Франция, стороны заинтересованные в мемельском вопросе, занимались разборками вокруг Рурского бассейна. 18 декабря 1922 года в Мемеле был создан Комитет по спасению Малой Литвы. Координировал операцию под кодовым названием «Мемель» литовский контрразведчик Йонас Половинскас. 10 января в Мемельский край по железной дороге прибыло более тысячи вооруженных воинов регулярной литовской армии (цифры в разных источниках приводятся разные). Они были одеты в гражданскую одежду с повязками с аббревиатурой MLS, что означало «Доброволец Малой Литвы». Из местных на стороне «повстанцев» была всего пара сотен человек. Мемель обороняли 250 французов, 350 немецких полицейских и 300 местных гражданских.

 

Borussia

На месте скульптуры «Пруссия» (Borussia) на берегу Дане в центре Клайпеды в настоящее время стоит памятник литовскому рыбаку.

 

11 января первые деревни под Мемелем были взяты без сопротивления. Для атакующих большей проблемой явились не столько военные действия, сколько условия их ведения. У большинства «добровольцев» не было опыта боев в зимних условиях. Один из литовских стрелков позже писал, что у повстанцев были проблемы с незнакомыми немецкими винтовками, которыми их снабдили по приезде в Мемель, поэтому после всего лишь нескольких выстрелов они уже не могли их использовать. Немецкие пулеметы с водяным охлаждением тоже никуда не годились — просто замерзали на морозе.

Серьезные столкновения произошли в пригородах Мемеля в ночь с 13 на 14 января. Половинскас связался с Каунасом и получил приказ от Эрнестаса Галванаускаса занять Мемель, но с наименьшими жертвами. Выгантас Варейкис, один из авторов Энциклопедии Малой Литвы, подробно описал ситуацию перед восстанием и роль Союза литовских стрелков в оккупации Мемельской области, поскольку эта тема в литовской историографии до начала 1990-х годов относилась к наименее изученным. Он отметил также, что в источниках есть разночтения и каждая сторона описывает события так, как считает нужным, порой сильно искажая их реальный ход. Называются разные цифры как жертв операции, так и якобы повстанцев, роль которых в прямом смысле сыграли регулярная армия Литвы и Союз литовских стрелков. Мысль Варейкиса подтверждает и сам Галванаускас в своих воспоминаниях: «Историю часто "выгибают" так и эдак, стремясь найти в прошлом объяснения происходящему в настоящем. Один из активных участников присоединения Мемеля к Литве в своём письме от 27.12.1956 г. сообщал мне: "Наше молодое литовское поколение не только фальсифицирует историю восстания в Мемеле, но и выдумывает несуществующих участников его, наделяя их выдуманным мужеством".»

Lietuvos Šaulių Sąjunga

Союз стрелков Литвы

 

Добровольная военизированная организация, поддерживаемая государством, является особым подразделением Вооружённых сил Литвы, призванным обучать гражданское население самообороне и вести партизанскую войну. Союз образован в 1919 году в качестве ополчения. Литовские стрелки участвовали во всех войнах Литвы в XX веке, в том числе и в операции 1923 года, когда Клайпеда была присоединена к Литве. До 1940 года эта организация была самой сильной в Литве. В её составе были и этнические литовцы, и белорусы, и русские. После ввода советских войск в Литву в 1940 году Союз стрелков Литвы был запрещён, а большинство его членов арестовано. В послевоенные годы выжившие литовские стрелки ушли к «лесным братьям», а в 1989 году союз был возрождён. Его численность сегодня составляет более 10 тысяч человек. Для сравнения: до Второй мировой войны  в союз входила 61 тысяча человек.

Но как бы ни «выгибали» историю восстания, итог один: объединенными силами местных  повстанцев и военных 15 января 1923 года Мемель был взят. На следующий день Совет послов Антанты согласился передать Мемельский край Литве, но выставил ультиматум: сохранить автономию края, обеспечить свободу транзита и использование мемельского порта Польшей, равноправие немецкого и литовского языков, равноправие в гражданских и коммерческих правах иностранцев и жителей автономии.

Литва приняла все условия, которые были закреплены в подписанной 8 января 1924 года Конвенции между Литвой и союзными державами — Англией, Францией, Италией и Японией. К документу прилагался «Мемельский статут», являвшийся её неотъемлемой частью. Тогда же, в 1924-м, состоялась и фактическая передача Мемеля Литве — как подчеркивалось на неофициальном уровне, в качестве своего рода компенсации за потерю Виленского края, который несколькими годами раньше был отдан Польше, по мнению литовцев, при весьма сомнительных обстоятельствах.

 

Blick von Landkrug

Паромная переправа, соединяющая город с Куршской косой, первое с чем знакомится в Клайпеде турист, прибывающий в город со стороны Неринги.

 

Историк Альфред Эрих Сенн назвал оккупацию Мемеля «самым смелым шагом Литвы во внешней политике межвоенного периода», хотя этот шаг и нарушил Версальские договоренности.

Ставший Клайпедой портовый город в устье Немана не перестал быть яблоком раздора. Германия никогда не скрывала, что будет добиваться возврата своей территории, большинство населения которой говорило на немецком языке и считало себя немцами. Литовцы же крепко держали свою позицию, что следует из доклада Антанаса Сметоны, опубликованного в журнале Союза стрелков «Тримитас»: «Мемель должен стать частью Литвы по экономическим причинам, даже если бы здесь не жил ни один литовец». Вот кто точно потерял от всех этих перемен, так это коренные летувининкай. В 1945 году они массово бежали в Германию.

 

ПОЛНЫЙ «АНШЛЮС»

Идею вернуть свои земли Германия реализовала в 1939 году. Литовское правительство вынуждено было шаг за шагом удовлетворять практически все требования немцев, которые методично нагнетали напряженность в крае, проводили идеологическую обработку местного населения, инспирировали беспорядки в порту, когда в Клайпеду приходили пассажирские лайнеры из Германии.

Доктор социальных наук, доцент Клайпедского университета, старший научный сотрудник Института истории и археологии Балтийского региона Аруне Арбушаускайте в своей статье «Некоторые специфические эпизоды аншлюса Клайпеды/Мемеля в марте 1939 года», написанной на основе архивных документов и анализа исторических исследований дипломатических отношений между Литвой и Германией, описывает, казалось бы, небольшой, но очень яркий эпизод, характеризующий ситуацию в городе — как население встречало и провожало немецкие корабли: «4 июня 1938 г. там собралась большая толпа проводить корабль "Танненберг". Как только он отшвартовался от набережной, послышались возгласы стоящих на палубе: "Мемельчане, держитесь!" Это было похоже на подливание масла в огонь. На набережной толпа стала скандировать гитлеровские лозунги: "Мы хотим вернуться в Рейх! Одна нация — один вождь!" Во время встречи корабля "Пройссен" 31 июня нацистские лозунги, гимны и песни звучали еще смелее».

 

Anschluß

Дальнейшие события разворачивались еще более стремительно: «Из-за чего, никто не смог объяснить. Все смешалось: нацисты кидали камни в литовцев, литовцы в нацистов, все сообща и каждый в отдельности «сражались» с полицией; послышались выстрелы и упали первые раненые… Ранения получили около 15 полицейских и примерно столько же демонстрантов. Драка из порта перекинулась на улицы города и продолжалась до полуночи».

11 декабря 1938 года в Клайпеде прошли выборы в городское самоуправление — сеймик. Большинство голосов — 87 процентов — было отдано за единый список немецких партий. В результате нацисты заняли основные позиции в учреждениях.

Новую директорию возглавил бывший директор банка Вилюс Бертулайтис, заместитель командира отрядов штурмовиков Эрнста Нойманна. Он описал основные направления деятельности: «Новая директория, руководствуясь основами национал-социалистического мировоззрения, считает своей целью проложить путь нашему родному краю в счастливое будущее… Пропаганда против национал-социализма ни в коем случае не будет допускаться». Всех служащих сразу заставили записаться в отряды штурмовиков, в противном случае грозила ссылка «туда, где не светят ни солнце, ни луна». Отбор в отряды был строгим. Не брали неблагонадежных, ранее судимых и морально неустойчивых. Подростки привлекались в ряды гитлерюгенд.

Командиром службы безопасности Клайпедского края стал Нойманн. Для объединения всех действующих в крае немецких организаций он создал Союз командиров, в который вошли все члены директории и руководители всех служб и учреждений. Таким образом, мужчины, которые могли носить оружие, находились под контролем.

Нацисты организовывали шумные массовые митинги. Многие жители начинали верить в то, что край действительно вернется в состав Рейха. Нацист и лидер всех немецких спортсменов Фриц Вальган огласил тезисы: «Никто из немцев никогда не поднимет белый флаг, люди хотят воссоединиться со своим народом, кровь — со своей кровью, и этому никто не сможет помешать».

И действительно, никто им не помешал. Аруне Арбушаускайте пишет: «… все произошло за одну ночь. "Клайпеда была — и Клайпеды нет. Во вторник ложились при литовской власти, в среду вставали уже под немецкой…", — с горечью пошутил корреспондент газеты XX amžius ("XX век"). 22 марта 1939 года, среда, 8 часов утра. Радио Гейльсберга (совр. г. Лидзбарк-Варминьский в Польше) сообщило, что правительства Германии и Литвы договорились о передаче в тот же день Клайпедского края Германии. Через полчаса об этом сообщило московское и каунасское радио. Около 9 часов начинают завывать сирены фабрик, на домах вывешиваются флаги со свастикой. Утро среды больше всего врезалось в память. Флаги со свастикой, звон колоколов костелов, сирены предприятий и кораблей, самолеты в небе, по литовскому радио — только развлекательная музыка, по немецкому — каждые полчаса повторяется одна фраза: Memel ist frei! (Мемель свободен!), толпы людей в банках, сберегательных кассах, очереди у телефонов…»

DFDS

Паромы, паромы, паромы...

 

Они являются, пожалуй, самым удобным средством передвижения из Литвы в страны Европы. Морским паромом из Клайпеды можно комфортно добраться до шведского Карлсхамна, немецкого Киля и столицы Дании Копенгагена. Маршруты обслуживают суда датской компании DFDS Seaways, которая была основана в 1866 году и значится в списке крупнейших паромных перевозчиков в Старом Свете. Стараясь удовлетворить потребности каждого пассажира, компания  предлагает различные типы кают — от сидячего эконом-класса до Commodore Deluxe. В зависимости от выбранного класса каюты путешествие может превратиться из практичного путешествия в настоящий морской круиз высшего класса. При необходимости можно взять с собой и автомобиль. Особые удобства на судах созданы и для людей с ограниченными физическими возможностями. Паромная переправа соединяет материковую Клайпеду с Куршской косой. Старый пассажирский терминал, находящийся в устье Дане, принимает паромы, перевозящие только пассажиров без транспортных средств. В 2013 году на переправе появился современный зал ожидания  и ресторан. Новая переправа находится в южной части города и предназначена для пассажиров с автомобилями.

В тот же день редколлегия газеты Vakarai («Запад») в последнем номере (№ 68, 1939 год) писала, прощаясь со своими читателями: «Кто должен отступить, тот должен это сделать, как моряк покидает свой корабль. Те, кто стал крысами, никогда не смогут гордиться своим поступком. Но… часть людей ведь останется здесь, несмотря на то, как сложится их судьба. Остающиеся, крепите свой дух, умейте быть твердыми и осторожными. Не забудем, что колесо истории никогда не останавливается».

22 марта 39-го в 23.55 в Берлине министры иностранных дел Литвы и Германии (Урбшис и Риббентроп) подписали договор о передаче Клайпедского края Германии. На следующий день в Клайпеде уже были отряды штурмовиков. С нацистской Службой порядка (Ordnungsdienst) и местной полицией они заняли почту, таможню, порт, учреждения. Начались аресты литовских активистов. В тот же день нацистский Мемель встречал Гитлера. Он прибыл на крейсере «Дойчланд» в сопровождении 40 военных кораблей, нескольких гидропланов и военных самолетов и выступил перед местными жителями с балкона городского драмтеатра.

Как пишет все та же Аруне Арбушаускайте, речь Гитлера напечатали или пересказали фрагментами почти все литовские газеты. Однако официального перевода на литовский не найдено. Есть цитата с вариантом перевода из газеты Lietuvos aidas («Эхо Литвы») от 24 марта: «...немцы не собираются никому в мире делать ничего плохого, но нужно было прекратить страдания, которым в течение 20 лет подвергались немцы со стороны целого мира… Мемельских немцев Германия однажды уже бросила на произвол судьбы, когда смирилась с позором и бесславием. Сегодня мемельские немцы… опять становятся гражданами могучего Рейха, решительно настроенного взять в свои руки свою судьбу, даже если это не нравится половине мира». Гитлер символически передал Мемельскую область Нойманну и вернулся в Германию.

 

Memel again

Клайпеда в очередной раз официально прекратила свое существование, стала частью Германского рейха и вошла в состав Восточной Пруссии под именем Мемель. Над зданием губернского управления поднялся флаг со свастикой.

Юлюс Декснис, председатель литовской республиканской организации участников Второй мировой войны, воевавших на стороне антигитлеровской коалиции, вспоминает: «С 23 марта 1939 года там хозяйничают немцы, но существовала и литовская колония. Литовцы работали в порту и на ткацкой фабрике … была повсеместная нищета, отсутствие перспектив и страх за завтрашний день. Мемель в 1939–40 годах — это насквозь немецкий город, в котором социальное неравенство чувствовалось особенно сильно. Порт работал на большую Германию и Пруссию. Кто-то делал миллионы, а кто-то с трудом выживал. При этом литовская колония всегда чувствовала свою второсортность. Местная еврейская община уже была уничтожена. В транспорте таблички "Только для немцев". Были общественные развлечения, например, кино, куда пускали только немцев. Даже литовцы-лютеране имели право стоять только на пороге лютеранской кирхи. Входить в храм имели право лишь немцы». (Baltnews.lt). Тут следует заметить, что в правах были поражены лица, не имевшие немецких документов, а большинство местных жителей получили их практически сразу же после аншлюса.

Вместе с Клайпедой исчезла в неизвестном направлении и стоявшая перед театром скульптура Энхен из Тарау, которую воспел в своих стихах знаменитый местный поэт Симон Дах. Одни предполагают, что вместо нее намечали установить бюст Гитлера, другие — что статуя была повернута к балкону театра спиной, что могло оскорбить фюрера. Позже на том же месте была установлена ее копия.

Энхен из Тарау — реальный персонаж. По одной из версий, девушка была дочерью пастора Неандера, умершего в 1630 году. После смерти отца семнадцатилетняя Энхен обвенчалась с проповедником Иоганном Партациусом. Симон Дах был тоже влюблен в нее. Но, занимая скромную должность учителя в соборной школе Кёнигсберга, находился в весьма стеснённых обстоятельствах. По настоянию родных девушка вышла замуж за другого.

Ännchen von Tharau

Энхен из Тарау

 

Есть версия, что поэт был другом жениха Энхен. В 1637 году в церкви деревни Тарау (пос. Владимирово Калининградской области) венчались пастор Иоганн Портациус из Тремпена (посёлок Новостроево Озёрского городского округа Калининградской области) и семнадцатилетняя Энхен Неандер. Симон Дах был приглашён на свадьбу. По этому случаю он написал стихотворение, ставшее своеобразным свадебным подарком. Спустя столетие оно стало популярной песней. Немецкий писатель Иоханн Готфрид Гердер перевёл текст на литературный немецкий язык, а композитор Фридрих Зильхер написал новую музыку (первую еще при жизни Симона Даха написал органист Генрих Альберт). Песня с тех пор стала очень популярной. Любовь к Энхен поэт пронес через всю свою жизнь, но мечте не суждено было сбыться. Прожив 70 лет, она еще два раза была замужем и оба — не за ним.

После присоединения к Германии Мемель стал базой германского флота и морской крепостью. Уже в апреле 39-го здесь началось строительство военного аэродрома, долговременных укреплений и подземного хранилища топлива. Рейх начал подготовку к войне. Резко снизился экономический потенциал города. Тысячи литовцев и евреев спешно продавали свои магазинчики и недвижимость, второпях покидая родные места.

 

Börsenbrücke

Таким был когда-то Биржевой мост (Börsenbrücke).

 

В апреле 1939 года в Мемель пожаловал гауляйтер Эрих Кох — оберпрезидент Восточной Пруссии. Он заявил, что город должен стать в регионе вторым по величине и значению после Кёнигсберга, и обрисовал самые радужные перспективы, чтобы поднять настроение горожан. Но красивые речи не помогли. Вскоре началась нехватка продовольствия, полки магазинов постепенно пустели, цены росли. В первую очередь пострадали предприятия, работавшие на заграничном сырье. На плаву остались лишь заводы, продукция которых имела военное назначение. Верфь Линденау, например, строила минные тральщики.

Аста Диковене в еженедельнике «Клайпеда» от 30 марта 2019 года приводит мнение историка Шарунаса Лекиса, который сделал вывод, что «в 1939 году Литва не имела никаких шансов сохранить Клайпедский край при явной диспропорции сил, к тому же у нее было не так уж много сторонников среди местного населения. Потеря Клайпедского края стала болезненным ударом для Литвы». А в еженедельном культурном приложении газеты Lietuvos aidas за 24 марта 1939 г. поэт и публицист Фаустас Кирша с грустью резюмировал:

«Из пределов нашего государства выпала Клайпеда. Вместе с Клайпедой мы потеряли часть побережья Балтийского моря и дюны, Рамбинас, Куршский залив, устье Нямунаса, оленей. Мы потеряли один из очагов культуры, часть своего сердца, и наворачиваются слёзы, словно мы расстаёмся на века».

 

ЧЕРЕЗ ВОЙНУ В СОВЕТЫ

В годы Второй мировой войны Мемель был объявлен крепостью и превращен немцами в центр мощного оборонительного района. Мемельская наступательная операция, которую Маршал Советского Союза Иван Христофорович Баграмян назвал в своих воспоминаниях «решающей во всей Прибалтийской стратегической наступательной операции», началась 5 октября 1944 года. Целью ее было выйти на побережье Балтийского моря и отрезать пути отхода в Восточную Пруссию наземной группы армий «Норд». Около двух месяцев оборону Мемеля держали три немецкие дивизии. Окруженный опустевший город, в котором остались лишь воинские части, фольксштурм и спецподразделения, не сдавался до конца января 1945-го. Последними в морозную ночь 28 января Мемель покинули подрывники, а утром на улицах горящего города появились бойцы советской 16-й стрелковой Литовской Клайпедской Краснознамённой дивизии, сформированной в Балахне Горьковской области преимущественно из беженцев и эвакуированных из Литвы. В тот же день, 28 января, город был освобождён от фашистов. При отступлении они взорвали промышленные объекты и мосты. По данным народного комиссариата внутренних дел Литовской ССР, Мемель пострадал на 65-70%. Было уничтожено 60% промышленных предприятий и 50% зданий культурного назначения.

В августе 1945-го Потсдамская конференция, третья и последняя официальная встреча лидеров «большой тройки» — СССР, США и Великобритании, де-факто передала Мемель и его пригороды в состав СССР. Город окончательно был переименован в Клайпеду. Тремя годами позже был принят закон об административно-территориальном делении Литовской республики, в котором впервые упоминалась Клайпедская область как часть Литовской ССР. Все жители Клайпеды литовской национальности получили советское гражданство. Немцы из Клайпеды могли ходатайствовать о приеме в гражданство СССР в индивидуальном порядке.

Lithuanian Soviet Socialist Republic

Во времена СССР

 

Литва, как и все прибалтийские и многие другие советские республики, намного больше получала от союзного бюджета, чем отдавала. Во-первых, благодаря СССР она существенно приросла территориально. В 1940 году ее площадь была на треть меньше. Причем расширенные границы Литва сохранила и в 1991 году — после выхода из СССР. Вильнюсский и Клайпедский районы, часть Сувалкского региона перешли Литве от Польши на основании договора о границе 1945 года. Ущерб республики от войны, по разным оценкам, составил 30 миллиардов долларов. Была разрушена почти вся энергетика, заводы, транспорт, мосты, порты. Союзный бюджет вложил баснословные средства в создание станкостроительной, легкой и химической промышленности Литвы. Было построено два завода по производству удобрений, завод по производству искусственного волокна, нефтеперерабатывающий завод. В республике появилась пищевая промышленность и машиностроение. Строились дома, дороги, паромы, был восстановлен Клайпедский порт, а в самой Клайпеде появился судоремонтный завод. Каунасская ГЭС, ТЭС Электренай и Игналинская АЭС, закрытая в постсоветское время — это тоже советское наследие. 

Поскольку после освобождения гражданское население в городе было малочисленным, на восстановление промышленности стали прибывать поселенцы из Советского Союза. Клайпеда заговорила на русском языке.   

Port of Klaipėda

Порт — сердце Клайпеды!  © portofklaipeda.lt

Port of Klaipėda

 

Сразу после войны в городе начались восстановительно-строительные работы. Правда, отношение к исторической архитектуре из-за ассоциаций с фашистским прошлым у новой советской власти было, мягко говоря, не всегда позитивным. Строя новую Клайпеду и очищая ее от развалин, она стирала складывавшийся веками своеобразный облик старого города. В 1946 году уже был организован постоянно действующий паром через Куршский залив на Косу, заработали некоторые предприятия. Экономическое развитие Клайпеды в очередной раз предопределялось не местными потребностями и ресурсами, а интересами всего Союза. Порт после реконструкции стал базой огромного рыболовецкого флота и обеспечивал рыбой и другой рыбной продукцией всю европейскую часть СССР.

С 1952-го по 1970 год был построен новый большой рыбный порт, в котором работало пять рыболовецких предприятий, появились два судоремонтных завода, судостроительный завод «Балтия», рыбозавод, консервный завод, фабрика орудий ловли, бондарно-тарный комбинат «Прогресс». В 1966-69 годах к ним присоединился Западный судоремонтный завод — крупнейшее предприятие Клайпеды. Старая часть порта была расширена и стала воротами для советского экспорта на Запад — нефти, каменного угля, зерна и металла. В 1986 году в Клайпедском порту был осуществлен грандиозный стратегический проект — крупнейшая в мире морская переправа для железнодорожных составов. Она соединила Клайпеду с портом Мукран на немецком острове Рюген. И все это — новые рабочие места. К 1970 году из-за массового притока новой рабочей силы — литовских крестьян в город литовская речь стала в Клайпеде преобладающей.

Не остались без внимания и культурно-образовательные объекты. В 1946 году был отреставрирован драматический театр, в 1956-м принял первых послевоенных зрителей Народный оперный театр. Уже в 1959 году местные студенты имели возможность учиться в открывшемся Клайпедском филиале Каунасского политехнического университета. Начало работать множество музеев, в том числе знаменитые музей-аквариум, музей часов, янтаря... Создавался парк скульптур Мартинаса Мажвидаса.

Несмотря на то, что город застраивался типовыми серыми советскими «коробками», кстати, газифицированными с 1961 года, он сохранил свою самобытность благодаря немногочисленным архитектурным памятникам, пережившим все войны.

Однако, и утрачено было множество интересных в архитектурном плане промышленных сооружений — таких, как известное с XVII века здание Биржи, стоявшее около одноименного моста на месте нынешнего сквера Возрождения (Atgimimo), долгое время являвшееся одним из важнейших культурных, финансовых и политических центров города. Или одна из первых в Европе пожарная станция, Дом Слона (Dramblio namas), старинный фахверковый склад недалеко от площади Летувининку (Lietuvininkų Aikštė). Не устояла и старейшая лютеранская церковь Святого Иоанна (Johanneskirche), которая вела свою историю с 1258 года. Она много раз разрушалась, горела и меняла место. Предполагается, что после Реформации церковь уже стояла на восточном конце острова Старого города, но сгорела в 1540-м. В 1696-1706 годах был построен уже трёхнефный храм Святого Иоанна с восьмиугольными звёздными сводами в конце Рыночной улицы. Сооружение имело длину 37 метров, ширину 22 метра и башню высотой 50 метров. В 1790 году здание ремонтировалось, а его башня, увеличенная на 11 метров, с обзорным балконом, английскими часами, флюгером в форме парусника, приобрела черты барокко.

Здесь хранился портрет уроженца Клайпеды Маттеуса Преториюса — протестантского пастора, затем католического священника, историка и этнографа, получившего образование в университетах Кёнигсберга и Ростока. Его труд по истории и культуре Пруссии — Deliciae Prussicae oder Preussische Schaubühne содержит много этнографических сведений о прусских литовцах и древних пруссах.

 

Marina

Ров вокруг мемельского замка в настоящее время используется в качестве марины.

 

КЛАЙПЕДА — ГОРОД С ОСОБЫМ ХАРАКТЕРОМ

 

Старый город

Река Дане разделяет Клайпеду на две части. На левом берегу расположился Старый город. Он сохранил и очертания, и атмосферу давних времен. Средневековые узкие улочки, на которых множество небольших домиков с черепичными крышами стоят совсем близко друг к другу, образуя своеобразный лабиринт, состоящий из кварталов, нарезанных строго под прямым углом. Старинные фахверковые дома, мирно соседствуя с современными постройками, напоминают о немецком прошлом города на замковом острове.

В 1571 году герцог Альбрехт Фридрих выделил здесь земельные участки под строительство новых усадеб. Северную часть, или Старый город, где могли селиться лишь немецкие купцы и ремесленники, от Кожевенного квартала (будущего Фридрихштадта), где жили представители «более грязных» профессий — кожевники, банщики, цирюльники, рыбаки и представители этнических групп, территорию отделяло старое русло реки.

К концу XVII века по причине малого размера территории Старого города мест для поселения в его административных границах стало не хватать. Всё больше немецких купцов и ремесленников стало селиться в Кожевенном квартале. Они настаивали на присоединении его к Старому городу. Но представители власти в 1693 году дали району Кожевников привилегию, эмблему, флаг и назвали Фридрихштадтом. Он управлялся сеньором, подчиняясь решениям магистрата Мемеля, судебные дела решались в Старом городе. В административные границы Старого города Фридрихштадт был включен только в 1722 году, тогда же было засыпано разделявшее их русло реки. (По другим данным оно было засыпано за четверть века до «официального» появления Фридрихштадта ок. 1665 года.)

 

Altstadt

Исторические кварталы обладают какой-то магической притягательностью!

 

Старый город (Altstadt) создавался в соответствии с градостроительными традициями крестоносцев: вначале возвели замок, рядом с ним построили город, для защиты замка использовали водные рвы — через них протекала река. В 2002 году на месте, где стоял замок, открылся музей, в котором выставлены артефакты, найденные во время раскопок. Некоторые подземные сооружения крепости, относящиеся к XVI–XVIII векам, довольно неплохо сохранились. Теперь их можно посетить.

Из-за сети улиц и улочек, сформировавшихся в XIII–XV веках и напоминающих шахматную доску, Старый город относят к памятникам урбанистики. Здесь сохранились деревянные и кирпичные городские особняки, которые гармонично соседствуют с современными постройками. Характерными для этой части Клайпеды являются кварталы фахверковых складов. Есть и дома в этом стиле. Однако после катастрофического пожара в 1854 году строительство жилых фахверков было запрещено по причине их легкой возгораемости.

Fachwerk

Фахверк

 

Фахверк (от нем. Fachwerk) — это каркасная конструкция, несущей основой которой служит пространственная секция, состоящая из вертикально установленных несущих столбов и расположенных под разным углом наклонных балок. Пространство между ними заполнялось глиняным саманом. Глину армировали, смешивая с камышом, ветками, соломой или строительным мусором. Сами балки оставляли видимыми снаружи — они визуально расчленяли белые стены и придавали зданию эффектный вид и особую выразительность, ставшую главной особенностью фахверка. Впервые фахверки появились в Германии, а позже приобрели популярность по всей Европе. Одно из самых старых фахверковых зданий, построенное в 1347 году, находится в немецком Кведлинбурге. Предположительно, такие конструкции появились еще в X–XI веках. Каркасные дома строили всюду, где была доступна древесина, а уровень технического развития, в том числе плотницкое мастерство, создавал для этого благоприятные условия. Фахверковые здания можно увидеть во Франции, Нидерландах, Бельгии, Великобритании. Особенно много их сохранилось в Германии. Сегодня этот вид строительства возродился благодаря тенденции к экологичности.

Историческую ценность представляет Драматический театр на Театральной площади, который был построен в 1893 году на месте прежнего сгоревшего. В нем однажды дирижировал сам Вагнер.

На улицах Клайпеды прижились и современные символы. Например, причудливые маленькие скульптуры ушастого мышонка, кота по кличке Клайпедис, добермана, выглядывающего из дома возле старого рынка, и Трубочиста (скульптор Клаудиюс Пудимас), сидящего на крыше одного из домов на улице Курпиу. Как и во многих прибалтийских городах, в Клайпеде эта профессия была очень востребованной. Увидеть трубочиста считалось доброй приметой.

 

Elefantenspeicher

Знаменитый мемельский фахверковый «дом-слон», к сожалению, не дожил до нашего времени.

 

На стене одного из домов — скульптура «Дракон», из ноздрей которого в дождь стекает вода в отпечаток человеческой ступни в камне. Это иллюстрация к легенде о происхождении названия города Клайпеда:
Давным-давно на берегах реки Акмена, нынешней Дане, жило племя, поклонявшееся Солнцу и Огню. Когда пришло время покинуть старое место проживания, племя выбрало для поисков нового своих лучших охотников – братьев Оленя и Волка. Шли они по звериным тропам и вышли на холм, с вершины которого увидели раскинувшееся от края до края море. Братья решили дойти до него, но путь преградили леса и болото. Они долго спорили, какой дорогой идти. Но так и не пришли к одному мнению.

Каждый пошел своим путем. Олень вышел к берегу моря, увидел мягкий желтый песок и решил привести племя сюда. Волк шел вдоль берега реки и исчез. Олень долго искал брата, но нашел на глинистой почве только след его ноги – klai peda.

Еще один символ Клайпеды — легендарный, некогда учебный парусник «Меридиан», принадлежавший Клайпедскому мореходному училищу. Судно построили финны в 1948 году. С 1969-го он нашел свое пристанище в Клайпеде. Позже его отремонтировали, превратили в музей, с 2013 года здесь работает рыбный ресторан. Недалеко от него, под Биржевым мостом, установлена романтическая скульптура «Русалочка». А с территории клайпедского круизного терминала можно не только любоваться яхтами и кораблями, но и увидеть скульптуры в виде металлического ажурного флюгера с парящей чайкой «Ветер», «Мальчика с собакой», который, стоя на причале, встречает и провожает корабли. У поворотного мостика, который по расписанию разводится вручную, притаился «Черный призрак», который, по легенде, явившись ночью стражнику, предсказал, что городу «может не хватить зерна и дров…».

 

Meridianas

Парусник «Меридиан» — настоящее украшение города! А труба AB Klaipėdos energija — нет.

 

Интереснейшим местом Клайпеды по праву считается Музей истории Малой Литвы в старейшем городском дворце Фридрихштадта. Музей знакомит с бытом летувининков, историей немецко-литовских отношений и Мемеля. Уникален и Музей кузнечного дела, который открылся к юбилею Клайпеды в 1992 году. Ажурные кресты, ограды, ворота, характерные для Малой Литвы, кузнечные инструменты, кованая домашняя утварь… Большая часть вещей собрана клайпедским реставратором по металлу Дионизасом Варкалисом. Это могильные кресты, ограды со старых кладбищ и характерные только для портового города старые флюгеры.

В первую очередь, музейная коллекция служит яркой иллюстрацией этапов развития уникальной профессии кузнеца, которая в наше время практически исчезла.

1 июня 1973 года открылась Картинная галерея — подразделение Литовского художественного музея. Галерея занимает целый комплекс зданий XIX-XX веков. В экспозиции — живопись Западной Европы, Литвы, Латвии, России, скульптура, графика. С 2001 года здесь действует постоянная выставка (около 600 работ) литовского художника-экспрессиониста европейского масштаба Пранаса Домшайтиса, имя которого она носит, представлены произведения мариниста Чесловаса Янушаса и Витаутаса Кашубы.

Mažoji Lietuva

Малая  Литва

 

Эта историческая область, находящаяся в нижнем течении реки Неман, сформировалась к началу XVI века на территории Тевтонского ордена, закрепленной за ним по условиям Мельнского мира 1422 года. Населяли ее пруссы и литовцы, которые к началу XVI века образовали особую этнокультурную группу — летувининкай. Упоминаемый в «Прусской Хронике» Симона Грюнау термин Kleinlittaw является немецкой формой названия «Малая Литва». Распространение он получил лишь в XIX–XX веках и использовался по большей части в трудах историков и этнографов. На территории Малой Литвы состоялся литовский литературный язык: в 1547 году здесь была опубликована первая книга на литовском языке, а в 1653-м — первая грамматика литовского языка. До 1945 года (за исключением Клайпедского края, который по итогам Первой мировой войны был передан под мандат Лиги Наций) Малая Литва являлась частью Германии (Пруссии). После Второй мировой ее территория была разделена между тремя государствами — Литвой, Россией и Польшей.

 

Новый город

Новый город Клайпеды появился в XIX – начале ХХ века на противоположном берегу Дане. Он гораздо больше Старого. Сегодня это оживленный коммерческий центр. В Новом городе есть большая площадь Летувининков (Lietuvininku aikstà), названная в честь литовских жителей Малой Литвы. В советское время на ней стоял памятник красноармейцам, похороненным здесь. После обретения Литвой независимости кладбище было пернесено, а на его месте появился памятник Мартинасу Мажвидасу — литовскому первопечатнику и писателю, составителю и издателю первой книги на литовском языке «Простые слова катехизиса», которая была выпущена в Кёнигсберге. Памятник создал литовский скульптор, член Союза художников СССР Регимантас Юозас Мидвикис в 1997 году к 450-летию со дня издания знаменитого катехизиса.

В том же году был установлен и мемориал сосланным в Сибирь литовцам автора Юозаса Геневичюса. Помимо статуи жертвы здесь установлены плиты, на которых выбиты фамилии тех, кто умер в изгнании. Ежегодно 22 мая сюда приходят жители Клайпеды почтить их память. Операцию «Весна» 1948 года помнит каждый литовец. Тогда в течение двух дней советские репрессивные органы депортировали в Сибирь около 40 тысяч человек, в том числе женщин и детей. Руководство НКВД требовало «очистить республику» от антисоветских элементов, сотрудничавших с партизанами, и от зажиточных крестьян, не желавших организовываться в колхозы. Выселяли не только литовцев, но и местных белорусов и поляков. Главной целью «Весны» было запугивание населения. «Тысячи людей были уничтожены, и не только физически. Сломано множество судеб», — говорит литовский историк Арвидас Анушаускас.

Интересен Новый город и в плане исторической архитектуры. На самой большой в Новом городе улице Лиепу находится сразу несколько превосходных образцов. Например, красивый особняк XIX века, построенный богатейшим горожанином Мемеля англичанином еврейского происхождения Иоханном Симпсоном. После 1913 года здесь жил банкир Иоханн Кирхбергер. При нем здание приобрело свой нынешний вид с фасадом, украшенным четырьмя колоннами и двумя скульптурами, символизирующими торговлю и ремесло.

 

Laikrodžių muziejus

 

С 1984 года особняк занимает Музей часов, экспонатами которого служат приспособления для измерения времени в разные исторические эпохи, — солнечные, звёздные, огненные, водяные, песочные и даже цветочные часы, более поздние механические XVI–XIX веков. Дополняют коллекцию старинные лунные и лунно-солнечные календари и современные часы.

По соседству находится здание Центрального почтового отделения, построенное в 1893-м в стиле неоготики. Внутренне и внешне оно почти не изменилось.

Разве что была реконструирована 42-метровая башня, пострадавшая после Второй мировой. Немного дальше раскинулся парк, где стоит статуя жившего в XVIII веке лютеранского пастора Кристионаса Донелайтиса. Прославился он тем, что написал первую эпическую поэму на литовском языке «Времена года».

Особенной достопримечательностью Клайпеды является Парк скульптур. Ежегодно сюда приезжают не только литовские, но и иностранные скульпторы, чтобы продемонстрировать свои работы. Уникальность парка состоит в том, что раньше на его месте было немецкое кладбище. В 1977 году здесь были установлены декоративные скульптуры, выполненные литовскими мастерами. Сначала горожане относились к бывшему культовому месту настороженно, но постепенно не только привыкли, но и полюбили парк, в котором появилась детская площадка, теннисные корты. В северной части парка находится Мемориал советским воинам, погибшим при освобождении Клайпеды в январе 1945 года.

 

Börsenbrücke

Вид на реку в центре был когда-то на загляденье. К сожалению, ни одно из этих зданий не сохранилось.

 

В помещениях оборонительной крепости XIX века «Копгалис», которую для защиты Мемеля при входе в Куршский залив построили немцы, теперь расположился Литовский морской музей. Несколько тематических разделов представляют историю литовского судоходства, начиная с первых рыбацких лодок, музей природы Куршской косы, аквариум и дельфинарий, рядом с которым находится 12-метровый памятник «Альбатрос». Он установлен в честь погибших в море кораблей. По легенде, существующей в Литве, над утонувшими судами с криками летают большие альбатросы, скорбящие о погибших моряках.

Клайпедский государственный морской порт

Самый северный глубоководный порт на восточном побережье Балтийского моря является крупнейшим транспортным центром Литвы, лидером контейнерного транспорта среди портов балтийских стран. Через него пролегают основные судоходные линии в порты Европы, соединяются морские и сухопутные пути в восточном и западном направлениях. Даже в самые холодные зимы порт не замерзает, что гарантирует круглогодичное судоходство. Действующие на территории Клайпедского порта 14 крупных стивидорных (производящих разгрузочно-погрузочные работы), судоремонтных и судостроительных компаний предоставляют все виды услуг, связанных с морским бизнесом и обслуживанием грузов. Порт может принимать крупнотоннажные суда – сухогрузы, танкеры, контейнеровозы. С деятельностью порта, на котором создано порядка 58 тысяч рабочих мест и который дает 6,13 процента всего ВВП Литвы, непосредственно связано более 800 предприятий, в том числе и зарубежных.

В экспозицию музея входит и этнографическая рыбацкая усадьба позапрошлого века с деревянными домиками, соломенной крышей, резными коньками и плетеными заборчиками. Уклад жизни простого литовского рыбака как на ладони: характерные предметы быта, рыбацкие снасти, хлев, загон для скота с живыми домашними животными. Во дворе дома — хозпостройки, ледник для свежей рыбы и коптильня.

Рыба — продукт скоропортящийся, поэтому в каждой рыбацкой семье этот атрибут крестьянского быта присутствовал непременно. Коптили в деревне не только рыбу, но и мясо, колбасы и, конечно же, знаменитое литовское сало.

В Морском музее можно бродить часами, рассматривая модели кораблей разных эпох и их оснащения. Есть здесь и не совсем обычные экспонаты. Например, обломки лодки Гинтараса Паулениса — клайпедского рыбака, фанатично влюблённого в море. Он своими руками построил судно по эскизам старинных ньюфаундлендских кораблей и отправился на нем в морское путешествие. В 1994 году он в одиночку пересек Балтийское море и вполне благополучно дошел до Швеции. Возвращаясь обратно, попал в шторм, который в то же самое время погубил паром «Эстония», унеся 852 человеческих жизни. Обломки лодки Гинтараса нашли на берегу 5 октября 1994 года и поместили в музей. 

После трехлетнего ремонта и реставрации 3 декабря 2017 здесь открылся прозрачный тоннель протяженностью 25 метров, 24 обновленных аквариума с разнообразными морскими и океаническими рыбами, с лежащими на дне морскими звездами, фрагментами затонувших кораблей и якорями. А богатая экспозиция редких видов кораллов и морских раковин имеет огромную научную ценность. Благодаря такой разноплановости музей отличается от большинства подобных подобных музеев стран, соседствующих с Литвой.

 

K and D

Строительство архитектурных доминант современной Клайпеды, высоток «К» и «D», было завершено в 2006 году. Насколько это решение оказалось удачным, покажет время.

 

Недавно один из общественников Клайпеды предложил принять закон об охране немецкой архитектуры края — «...в городах, являвшихся частью Восточной Пруссии,  нельзя разрешать строить все, что попало … нужно обязать придерживаться определенного стиля, характерного для этого уникального региона». Корреспондент еженедельника «Экспресс-Неделя» Денис Кишиневский поинтересовался, что по поводу архитектурного наследия Клайпеды думает специалист по истории города Дайнюс Эляртас: «То, что у нас сохранилось, сейчас можно найти и в других городах … Конечно, это бывший восточнопрусский город с особым характером, но говорить о том, что мы должны сохранять в нем только немецкий стиль, не совсем правильно. В самом городе формировался один стиль, в предместьях другой. В XIX в., например, все было достаточно стандартизировано». В пример Дайнюс Эляртас привел фасад главной библиотеки в центре города:

«Это красивое старинное здание, но ничего определенно немецкого в нем нет. Можно много говорить об “уникальных” фахверковых домах, но здания в этом стиле можно найти не только в Клайпеде, но и Швекшне, и в Кедайняй, и даже в Вильнюсе. Сам по себе фахверк нельзя называть чисто немецким стилем…»

По словам Эляртаса, основная проблема Клайпеды сегодня заключается в том, что строящиеся здания лишают ее своеобразия. Новые постройки, по мнению специалиста, ничем не лучше советских “хрущевок” и типовых многоэтажек, более того — в современном строительстве продолжают пестовать советские традиции: «Те вещи, которые появляются, не формируют отличительные черты, не создают своеобразия, говоря о стиле. Например, возвышающиеся в центре высотки “К” и “D”, ставшие символом города… Ведь в них нет ничего особенного, само их архитектурное качество довольно низкое, и это печалит. Нужно создавать что-то новое, можно создавать силуэты, можно строить современные оригинальные здания, передающие стиль города, формирующие уникальность Клайпеды и продолжающие ее особенный характер».

 

МЭР КЛАЙПЕДЫ — ЧЕЛОВЕК С МОРСКИМ ШАРМОМ В ДУШЕ

В марте 2019-го прошли выборы мэра Клайпеды. В третий раз избиратели оказали доверие Витаутасу Грубляускасу, который пообещал соответствовать ожиданиям жителей города. По его мнению, они видят в нем гаранта стабильности, не склонного к пустым обещаниям.

KCJF

Klaipeda Castle Jazz Festival

 

Традиционно в первые выходные июня в Клайпеде проходит одно из самых крупных культурных ежегодных событий — международный джазовый фестиваль Castle Jazz Festival. С каждым годом он становится ярче и интереснее и собирает помимо литовских множество зарубежных коллективов. В разные годы на фестивале выступили: Tower of Power, Sugar Blue, Джо Сэмпл, Тутс Тилеманс, Эрик Мариенталь, Рэнди Кроуфорд, Кэнди Далфер, Мейнард Фергюсон, Шейла Рэй Чарльз, Игорь Бутман. И всего лишь небольшая часть мировых звёзд джаза, посетивших Клайпеду в рамках Castle Jazz Festival. Круг исполнителей с каждым фестивалем становится все шире. Учредителем и директором фестиваля 25 лет назад стал замечательный музыкант и сегодняшний мэр Клайпеды Витаутас Грубляускас, чем и прославил свой город на весь мир.

В прошлые годы правления мэр сосредоточился на строительстве промышленных и жилищных объектов, культурно-социальной инфраструктуре. В 2015 году завершилась реконструкция Клайпедского драмтеатра, с 2016 идет реконструкция Музыкального театра. Появилась «Культурная фабрика». «У нас теперь есть замечательный конференц-центр в отстроенной части замкового городища. Открыли социальный центр «Дане» с тремя отделениями для престарелых, детей-сирот и пациентов с психическими отклонениями, а также новое отделение для инвалидов «Клайпедос лакштуте», — рассказал Витаутас Грубляускас корреспонденту сайта Kurier.lt Елене Листопад. — «Нам удается сбалансировать внимание между культурно-социальной инфраструктурой и объектами индустрии, городского хозяйства. Продолжается развитие инфраструктуры Свободной экономической зоны, где успешно работает уже около 20 предприятий с литовским и иностранным капиталом. Есть договор о сотрудничестве и с Калининградом».

 

Vytautas Grubliauskas

Мэр Клайпеды Витаутас Грубляускаус большой любитель джаза (на фото слева).

 

Большую роль в развитии города, конечно же, играет Клайпедский порт, который, по словам мэра, является визитной карточкой для прибывающих по морю гостей. С его помощью приведена в порядок подъездная дорога к морскому паромному терминалу. А появление Центрального клайпедского терминала привлекает новые судоходные линии. Придал городу более значимый статус и центр распределения морских контейнеров, созданный в компании Klaipédos Smelté. Благодаря наличию порта Клайпеда имеет выгоду и от морского туризма.

Озабочен Витаутас Грубляускаус  уменьшением численности населения Клайпеды, оcобенно Старого города, но пытается сделать что-то для того, чтобы люди не уезжали. Например, предоставил предпринимателям несколько видов льгот. Но и это не особо удерживает. К сожалению, проблема депопуляции в Литве почти повсеместна.

Несколько лет клайпедское самоуправление признавалось лучшим в Литве. «Гордиться своим городом — это, конечно, хорошо, но я за то, чтобы каждый житель приложил к этому свою руку и сделал что-то полезное, нужное для города», — говорит мэр Грубляускас. — «На своей лестнице, в подъезде, в доме, на своей улице, в своем квартале. Как настоящий хозяин. Любовь к городу должна быть деятельной, и тогда наша Клайпеда станет еще лучше, еще красивей». В интервью сайту 15min.lt он назвал город, несмотря на его почтенный возраст, озорным, свежим, но вместе с тем и серьезным. И призвал жителей и гостей «разбудить в себе полосатые, словно матросские тельняшки, души и почувствовать себя настоящими хозяевами морского города и страны … Важно, чтобы в наших душах было больше морского шарма. Если его нет, можешь хоть все стены выкрасить в морскую полоску, ничего не будет».

Сегодня мэр мечтает о здоровой, зеленой, экологической Клайпеде: «Не должно оставаться дымящихся труб, шума, неприятных запахов. Я представляю как можно более легкий подход к воде и морю. Цивилизованно приведенная в порядок река Дане, красивый центр. Возможно, три или четыре театра. Не исключаю возможность и острова развлечений около Гируляй».

Витаутас Грубляускас — человек интересный, замечательный музыкант и импровизатор, участник джазовых фестивалей, которые проводятся в Клайпеде ежегодно.

 

ОКРЕСТНОСТИ КЛАЙПЕДЫ

 

Куршская коса

Национальный парк Kuršių nerija («Куршская коса») занимает на литовской части косы территорию площадью в 26 474 гектара. Из них суши — 9774 гектара, остальное — воды Балтийского моря и Куршского залива. Часть дюн здесь покрыта растительностью, деревьями, которые скрывают их первозданный вид. Зона так называемых «мертвых дюн» тянется на 10 километров к югу от Юодкранте. Они отличаются от высоких зыбучих и перемещающихся дюн, начинающихся южнее Ниды. Песчаные пейзажи Ниды были привлекательны для художников Кёнигсбергской академии художеств. А гостиница немецкого мецената Германа Блоде объединила художников-экспрессионистов и стала центром так называемой Нидденской колонии. Часть своих картин они оставляли хозяину гостиницы.

Kurenwimpel

Куршские вымпелы

 

До второй половины XX века куршские рыбаки выходили в воды залива на срубленных из дуба парусных плоскодонных лодках, которые назывались куренасами. В длину они могли достигать 14 метров. Местной особенностью были флюгеры — куршские вымпелы, которые в обязательном порядке закреплялись на мачте куренаса. Каждая рыбацкая семья имела собственный флюгер с оригинальным дизайном. Идентификация лодки с помощью вымпелов была введена в 1844 году для упрощения контроля за соблюдением правил рыболовства с легкой руки рыбинспектора Эрнста Беербома. За нарушение правил полагался штраф от одного до десяти талеров. А кто выходил под вымпелом, на который не имел права, должен был заплатить от 10 до 50 талеров штрафа. Постепенно вымпелы совершенствовались, украшались различными резными символами. Наконец декорирование их превратилось в настоящее искусство. Вымпелы стали местной достопримечательностью. И особенно в Ниде вы сможете в этом убедиться, куда бы ни пошли! А вот куренасы исчезли после Второй мировой. Однако Морской музей Клайпеды воспроизвел судно и 11 июля 2001 года спустил на воду свой первый куренас. Образцы этих лодок теперь можно увидеть и в Калининграде.

Очарованы здешними красотами были лидер немецкого экспрессионизма Макс Пехштейн, теоретик модернизма Карл Шмидт-Ротлуф, знаменитый немецкий импрессионист Ловис Коринт, родившийся в Тапиау (ныне — Гвардейск). Нидой восхищались немецкие поэты Эрнст Вихерт и Карл Цукмайер.

Более половины деревьев национального парка — это сосны разных видов, в том числе горные и карликовые, завезенные из Швеции. И очень большое разнообразие лиственных пород — бук, вяз, акация, береза, тополь, клен, липа… Разнообразен и животный мир — 37 видов млекопитающих, 100 видов птиц. Большие бакланы и серые цапли обитают в парке целыми колониями.

В пределах границ национального парка находятся пять поселков: Юодкранте, Пярвалка, Прейла, Нида и Смилтине. Они образуют единый муниципалитет Неринга, названный так  в честь мифической создательницы Косы. По легенде гигантская дочь богини Лаймы — Неринга собрала в свой передник песок и насыпала из него длинный вал от Кранца (Зеленоградск) до Мемеля (Клайпеда), чтобы защитить местных рыбаков от разрушающих их жилища штормов.

 

Daniel Staschus

Даниэль Сташус. «Рыбацкая деревня».

 

Прежде деревни были гораздо меньших размеров, но их было значительно больше. Многие бесследно исчезли в песках передвигающихся под воздействием ветра дюн. Особенностью местных деревень являются скромные деревянные рыбацкие дома, окрашенные в характерные цвета — красновато-коричневый и синий. Их фасады, как правило, обращены к заливу. И, что интересно, почти на каждом есть инициалы первого хозяина и дата постройки. Фронтоны украшены скрещенными лошадиными головами или птицами, которые охраняли жилища от злых духов. Флюгеры были на каждом доме. На флюгере, кроме религиозных символов, которые, как считалось, защищали рыбака и его близких от несчастий, могли находиться  еще несколько символов или даже надписи. По флюгеру можно было многое узнать о семье рыбака. Крест означал, что рыбак женат, линии — количество детей, отверстия — наличие помощников…

Одна из деревень Неринги — Юодкранте полна легенд о ведьмах и божествах. Самым священным местом у куршей и самбов, населявших эти места до прихода крестоносцев в XIII веке, считалась Гора Ведьм.

Первое упоминание о ней в письменных источниках появилось в 1429 году. С середины XIX века она стала превращаться в курортное место. К началу прошлого века рыбацкая деревня с населением 160 человек начала стремительно урбанизироваться благодаря крупной компании Stantien & Baecker, которая занималась добычей янтаря в заливе. Расположенная к северу от Юодкранте Янтарная гавань, некогда бывшая базой компании, «до сих пор напоминает о тех временах, хоть и является сегодня не более чем тенью процветающего порта и городка, который прежде находился на этом месте», — пишет Гордон Маклахлен в своей книге «Литва». Оттуда дорога ведет к Лапнугарису — самой высокой дюне (53,2 м) в Юодкранте, заросшей деревьями. На ее вершине — маяк со смотровой площадкой, с которой видна почти вся Коса.

Гора Ведьм, одна из самых популярных достопримечательностей Куршской косы, заняла заднюю часть дюны, которая раньше, пока не заросла, из-за золотистого песка  называлась «Светловолосой Евой». В начале 1980-х здесь появились скульптуры, вырезанные из дерева, которые иллюстрируют сценки из литовских сказок и преданий. Некоторые из них в силу своего размера относятся к разряду монументальных произведений.

Дорога от Юодкранте вдоль берега залива ведет к удивительно ухоженной и обустроенной Ниде, расположенной в четырех километрах от российской границы. Первые упоминания об этой деревне относятся к 1385 году. Из-за движения песков она перемещалась с одного места на другое.

В музее Неринги собрано все, что может рассказать о традиционном образе жизни и быта жителей Куршской косы. Например, о рыболовстве, охоте за янтарем и ловле ворон (да, их тоже ели в голодные дни!).

Сегодня Нида имеет статус фешенебельного курорта, который очень любят гости из Германии. Они с удовольствием посещают здесь дом-музей своего земляка — Томаса Манна. Писатель впервые оказался на Куршской косе в 1929 году и был настолько очарован ее красотой, что не пожалел Нобелевской премии, которую он получил за свой выдающийся роман «Будденброки», и построил здесь летний дом. «Это деревянный дом с соломенной крышей, фронтон которого украшен изображением двух скрещенных лошадиных голов. Внизу находится открытая веранда, которая примыкает к столовой. Все другие комнаты — спальни, за исключением одной из них, которая находится на первом этаже и служит для меня рабочим кабинетом. Отсюда открывается вид на залив, за которым виднеется побережье Восточной Пруссии, которое, однако, можно увидеть лишь изредка», — написал Томас Манн в своем эссе «Мой летний дом». Здесь им был создан роман «Иосиф и его братья». Однако после прихода фашистов к власти писатель уехал из Ниды и больше сюда не вернулся.

 

Nidden

Если в основе вымпела черный крест на белом поле — лодка из Юодкранте.

Design

 

Паланга

Литовская часть побережья Балтики невелика. В стародавние времена эту береговую линию населяли балтские племена — курши (или куроны – от немецкого Kuren), название которых отразилось в названии Куршских косы и залива, частично являющихся территорией Калининградской области РФ. Коса признана одним из самых удивительных природных явлений в Европе. Впрочем, как и расположенный в 30 километрах от Клайпеды курортный городок Паланга, песчаный пляж которого спрятан за тянущейся вдоль всего литовского побережья полосой дюн.

В истории Паланги есть довольно интересные моменты. Например, после заключения Мельнского мира в 1422 году Тевтонский орден отказался от притязаний на южное побережье Балтики. Литва стала полноправной хозяйкой части территории вокруг устьев рек Швянтойи и Раже, что обеспечило стране долгожданный выход к морю. Для Витовта, великого литовского князя, человека в некотором роде сентиментального, Паланга была дорога еще и тем, что здесь родилась его мать Бируте.

Japanese garden Mazuciai

Японский сад в Мажучяй

 

В 50 километрах от Клайпеды (20 км — от Паланги) находится деревня Мажучяй (Mažučiai). В 2007 году здесь, на месте бывшего святилища Старая гора, на площади в 16 гектаров на окаймленном лесом огромном поле с холмом, началось создание японского сада Мадзухай — именно так произносят название деревни японцы, которые ухаживают за садом и занимаются его оформлением. Все деревья, кустарники и цветы, растущие здесь, привезены из Японии. Сад Мадзухай, хотя еще очень молод, является самым крупным японским садом в Европе. Кроме флоры Страны восходящего солнца здесь можно помедитировать в саду камней и познакомиться с чайной церемонией. В традиционном чайном домике вас угостят чаем настоящие японки в национальных одеждах. А около входа на территорию сада есть магазинчик, где любой желающий может приобрести настоящий японский посадочный материал или изысканный бонсаи — для украшения интерьера!

Идеи создания портов в Паланге и в расположенной севернее деревне Швентой, мягко говоря, провалились по причине мелководья рек, впадавших в море, которые годились только для небольших судов. На помощь пришел польский король Ян Собеский, который привлек английских торговцев для обустройства гавани. Правда, в 1701 году шведы ее разрушили, и Паланга так и осталась обычной рыбацкой деревней. В XIX веке она превратилась в зону отдыха с хорошим песчаным пляжем. После Первой мировой войны вернулась как некогда бывшая курляндская территория в Латвию, но в 1921 году снова перешла к Литве.

Сегодня Паланга — престижный курортный город, население которого (20 тысяч человек) в летнее время увеличивается в разы за счет туристов, в том числе и российских. Одним из самых излюбленных мест является пирс, который на 400 метров уходит в море. Особенно много народа он собирает по вечерам — закаты на Балтике неотразимы.

Паланга довольно уютна и замечательно устроена в пространственном отношении. Ориентиром центра служит нетипичная для города церковь Успения, построенная в 1907 году в стиле неоготики. Более привычны здесь деревянные строения рубежа XIX-XX веков, как, например, Старая аптека, которая и по сей день работает, или расположенный недалеко от нее филиал Национального музея Литвы — Дом-музей Йонаса Шлюпаса.

Йонас Шлюпас — человек, можно сказать, с необычной судьбой. В 1880 году по окончании гимназии в Митаве (ныне латвийский город Елгава) он поступил в Московский университет, через два года — в Петербургский, где участвовал в студенческом движении и примкнул к I пролетариату, за что и был исключен в том же году без права поступления в российские вузы. После эмиграции вернулся из США в Литву и с 1933-го по 1938 годы был бургомистром Паланги. 

Есть в Паланге и еще один знаменитый дом-музей  — литовского художника, скульптора и модерниста Антанаса Мончюса, долгое время прожившего в эмиграции. В 1980-х годах он участвовал в выставках искусства выходцев из Литвы в Вильнюсе и Каунасе. А в 1992-м подарил свои работы Паланге. «Наконец-то составил список своих работ, которые дарю Литве. Это часть моей жизни, которую с радостью Ей отдаю, поскольку и я сам Ей принадлежу», — написал Антанас Мончюс в письме от 16 октября 1991 года министру культуры и просвещения Дарюсу Куолису. Кстати, по условиям завещания, составленного художником, его работы можно трогать руками.

 

Palanga

Всего полтора столетия назад на месте Ботанического парка Паланги, одного из красивейших парков Литвы, были густые заросли и болота. Все изменилось с тех пор, как граф Феликс Тышкевич купил здесь землю, построил на ней дворец и задумал окружить его шикарным парком, который и был разбит по проекту французского ландшафтного дизайнера Эдуарда-Франсуа Андрэ в конце позапрошлого века в классической манере с элементами натуралистического английского стиля.

Специально для парка были выполнены статуи «Стрелец» и «Королева змей Эгле» — в честь популярного литовского мифологического персонажа (на фото выше). Ботанический парк с 600 видами деревьев (в том числе редких и исчезающих) и кустарников занимает 100 гектаров земли.

Сам дворец Тышкевичей был построен в 1897 году по проекту немецкого архитектора Франца Швехтена в стиле неоренессанса. В 1963 году здесь открылся первый в мире Музей янтаря, где собрана вся информация об этом камне, его геологии, обработке. Два зала на втором этаже занимает уникальная коллекция янтаря с инклюзами — насекомыми и рептилиям, увязшими в смоле, увековечившей их. На первом разместились украшения — настоящие произведения искусства разных времен, включая изделия древних балтийских племен и сложные творения современных литовских мастеров. Балтийский янтарь всегда высоко ценился и был основным местным экспортным товаром.

Существует легенда о возникновении янтаря. Однажды местный рыбак Каститис ловил сетями рыбу. Богине Юрате, жившей в янтарном замке на морском дне, это не понравилось. Она послала своих русалок, чтобы попросили Каститиса не мутить воду и не пугать ее рыбок. Но рыбак ослушался и продолжал бросать свои сети в море. Юрате захотела сама увидеть того, кто не повинуется ее воле, выплыла на поверхность и сразу влюбилась в Каститиса, забыв о том, что бессмертным богам не дано наслаждаться человеческим счастьем. Юноша покорил сердце богини своими песнями, и она увлекла его на дно моря в свой янтарный замок. Узнав об этом, повелитель богов Перкунас жестоко покарал обоих: Каститиса поразил ударом молнии, янтарный замок разрушил, а Юрате приковал золотыми цепями к его руинам. По сей день безутешная богиня тоскует о своем возлюбленном. Временами из-за этого море штормит, а потом люди находят на берегу маленькие капельки янтаря — слёзы Юрате. В 1961 году в Паланге была установлена скульптура влюбленным, о которых поэт Иосиф Бродский упоминает в своем стихотворении «Коньяк в графине — цвета янтаря…»:

Конец сезона. Столики вверх дном.
Ликуют белки, шишками насытясь.

Храпит в буфете русский агроном,
как свыкшийся с распутицею витязь.
Фонтан журчит, и где-то за окном
милуются Юрате и Каститис.

В семи с половиной километрах севернее Паланги находится международный аэропорт, связывающий балтийское побережье Литвы с Беларусью, Великобританией, Германией, Данией, Латвией, Польшей и Россией.

 

Kretinga

Многообещающий экстерьер Зимнего сада в Кретинге – внутри вас ждет натуральная феерия!

  

Кретинга

В 13 километрах от Паланги находится красивый старинный городок Кретинга, известный с 1253 года и находившийся во владении епископа Генриха Курляндского. С 1534 году разросшимся поселением и поместьем владели литовские князья, в 1572-м поместье перешло к старосте Жемайтии Еронимасу Ходкявичюсу, а затем его сыну Юонасу, который на свои средства построил францисканский монастырь и костел Благовещения Пресвятой Девы Марии, башня которого и сегодня возвышается  над центральной площадью Кретинги.

Orvidų sodyba

Музей абсурда

 

Недалеко от городка Салантай, что в Кретингском районе, находится один из интереснейших музеев Литвы. Жемайтиец Вилюе Орвидас всю свою сознательную жизнь (а прожил он всего 40 лет) создавал в усадьбе своих предков загадочные и странные композиции. В них и гигантские камни, и кресты, деревянные языческие идолы, старые ржавые флюгеры… Экспонаты разбросаны по всей территории в 16 гектаров в соответствии с неким замыслом, который угадывается с трудом. Советские чиновники называли выставку Орвидаса свалкой и образцом антисанитарии. В 1980 году здесь побывал даже будущий президент СССР Михаил Горбачев. Поговаривают, что именно с его легкой руки усадьбу стали называть «Музеем абсурда».

После смерти Юонаса Ходкявичюса городок переходил из рук в руки, продавался, дарился, пока его вместе с поместьем в 1862 году не приобрел последний хозяин Юозапас Тышкевич — владелец поместий в Паланге, Тракае, Лентварисе… По его проекту был перестроен дворец, преображен парк, получивший название Летнего сада. В 1882 году здесь появилась одна из первых в Литве телефонная линия Кретинга – Плунге – Риетавас, соединившая имения графа Тышкевича, князя Огинского и графа Зубова, последнего владельца имения Тышкевичей. Однако визитной карточкой Кретинги стала стеклянная оранжерея, в которой был основан Зимний сад, где росли экзотические растения, множество видов цветов, с искусственной скалы ниспадал водопад, в ручьях плавали декоративные рыбки. Стены украшали кораллы и вьющиеся растения. Зимний сад с привезенными из разных уголков мира растениями был подарком графа любимой супруге Анне, поскольку слабое здоровье не позволяло ей совершать дальние путешествия. В годы Второй мировой войны Зимний сад был полностью уничтожен. И только в 1987 году началось восстановление усадьбы, парка и Зимнего сада, который сейчас снова предстает во всем своем великолепии — в его оранжереях на данный момент насчитывается около 1500 видов растений.

 

Plunge

Парк и дворец в Плунге приятно удивят даже самых искушенных знатоков!

 

Плунге

Одним из самых знаменитых памятников архитектуры не только Клайпедского уезда, но и всей Литвы является находящееся в городке Плунге поместье литовско-белорусского дворянского и княжеского рода Огинских.

В 1873 году по распоряжению князя Иренеюса Огинского родовой особняк был перестроен. На месте небольшого двухэтажного дома появился роскошный дворец в стиле неоренесcанса. Разбитый еще в XVIII веке живописный парк площадью 55 гектаров, который окружает поместье, стал еще более привлекательным за счет рукотворных прудов и великолепного фонтана.

Являясь большими почитателями музыки, Огинские в 1873 году открыли в своей усадьбе музыкальную школу и имели собственный оркестр. Во время проведения национализации фамильные ценности рода были переданы в Литовский музей. В результате пожара в 1941 году поместье сильно пострадало. Реставрационные работы были проведены лишь в 1961-м, после чего помещения заняли различные организации.

Новую жизнь усадьба Огинских начала 16 июля 1994 года. В этот день здесь распахнул двери Жемайтийский художественный музей, в котором выставляют свои полотна современные художники.

Родословная Огинских началась в 1246 году со святого князя Михаила Всеволодовича Черниговского, праправнук которого князь Тит-Юрий Фёдорович Козельский (15-е колено от Рюрика) имел двух сыновей — князя Владимира Титовича и князя Григория Титовича по прозвищу Огонь. Геннадий Александрович Власьев, генерал-лейтенант Адмиралтейства, историк и автор исследований по генеалогии, в своей книге «Потомство Рюрика» пишет: «Род Огинских происходит от древних князей и с 1547 года именовался во всех польских королевских рескриптах, сеймовых постановлениях и судебных актах княжеским титулом».

Эта семья — настоящий кладезь знаменитостей и талантов. Например, Григорий Антоний Огинский — государственный и военный деятель Великого княжества Литовского, трижды избирался послом от Волковысского повета на сейм Речи Посполитой. 23 июня 1698 года был выбран старостой жемайтским, участвовал в гражданской войне 1696–1702 годов. Во время Северной войны поддерживал Августа Сильного и Петра I. С ноября 1703 года стал гетманом польным литовским, а двумя годами позже — кавалером Ордена Белого орла. Незадолго до смерти в 1709 году (он умер в возрасте 45 лет) Григорий Антоний получил звание гетмана литовского. 

Еще один представитель рода Огинских — князь Михаил Клеофас не только играл на нескольких музыкальных инструментах, но и сам сочинял оперы, мазурки, песни и прославился на весь мир своим полонезом под названием «Прощание с Родиной», который чаще называют просто Полонез Огинского. Усовершенствовал конструкцию арфы и написал о ней статью для «Энциклопедии, или Толкового словаря наук, искусства и ремесел» под авторством философа и писателя Дени Дидро.  

 

Sweksna

Неожиданная роскошь Швекшны.

 

Швекшна

Маленькая старинная Швекшна в 50 километрах от Клайпеды и населением чуть больше двух тысяч человек, в письменных источниках впервые упоминается в 1503 году. В 1509 году в городе был построен первый костел.

В XIX веке в Швекшне жили крупные литовские магнаты Плятеры. В городе сохранилась принадлежавшая им усадьба Villa Genowefa, построенная в 1880 году в стиле неоклассицизма. Её окружает красивый старинный парк с 70-ю видами деревьев и большим прудом. В нем ежегодно проводится крупнейший в Литве Хэллоуин.

Практически со всей Литвы сюда приезжают люди и привозят свои тыквы-фонари ручной работы. Тысячи свечей озаряют вечером старинный парк по-настоящему сказочным светом.

Недалеко от дворца Плятеров по проекту Карла Эдуарда Страндмана в 1905 году был построен необычайной красоты костёл Св. апостола Иакова в неоготическом стиле (на фото вверху — высота башен 65 м!). Адам и Александр из рода Плятеров пожертвовали на его возведение 50 000 рублей и разрешили на своих заводах бесплатно изготавливать кирпичи для строительства. Великолепно и внутреннее убранство костела с красивыми витражами и богато украшенным алтарем. Орган в храме был установлен чуть позже — в 1907-м. В церковном дворике — копия пьеты Микеланджело «Оплакивание Христа».

К достопримечательностям Швекшны можно отнести лютеранскую церковь, построенную в 1867 году, копию солнечных часов, оригинал которых находится в Лувре, а также статую Св. Флориана, покровителя пожарных, установленную после большого пожара в 1925 году.

Crow

Крэебитеры — кусатели ворон

 

Осенью с европейского Севера на зимовку над Куршской косой пролетали стаи ворон, которых здесь ловили сетями. Ловцы ворон выходили на охоту затемно, чтобы до рассвета успеть построить укрытие и приспособить приманку, которой служили несколько мелких птиц. Их привязывали за лапки к вбитому в землю колышку и сажали на присыпанную песком, зерном и требухой сеть. Когда пролетающая стая ворон садилась на эту приманку, охотник из укрытия дергал за веревку и добыча попадалась в сеть. Крэебитеры убивали ворон, сдавливая зубами в определенном месте череп птицы. Способ этот был не очень эстетичным, но считался быстрым и гуманным. Крэебитеры должны были получать разрешение на отлов ворон. Участки для их ловли можно было передавать по наследству. Соленые, вареные и копченые вороны считались у восточнопрусских гурманов особенным деликатесом.

 

Вянте

На восточном побережье Куршского залива, в дельте Немана, южнее деревни Вянте находится самый длинный в Литве полуостров — Мыс Вянте. Его длина — пять с половиной километров, а ширина — более двух. В переводе с прусского wenter — это верша, старинная рыболовная снасть-ловушка. Естественно, название деревни связано с рыболовством, являвшимся основным источником жизни людей, которые населяли дельту Немана.

Когда-то это рыбное место облюбовал Тевтонский орден и в 1360 году построил на мысе замок Винденбург, который вместе с соседним замком Росситтен, что на другой стороне залива, в нынешнем посёлке Рыбачий, служил рыцарям местом для ночлега во время рейдов в Литву в XIV-XV веках. Постепенно замок был разрушен водами и льдами залива. В 1626 году на мысе был возведена кирха, для строительства которой, возможно, использовались камни замка. Однако и кирхе не повезло. Она тоже была разрушена волнами.

 

Vente

Маяк Вянтес рагас. Акварель Романаса Борисоваса (Romanas Borisovas).

 

Из-за большой протяженности и сильных ветров мыс считался опасным местом для судоходства. Здесь потерпело крушение немало торговых судов. Чтобы решить проблему, в 1837 году на Вянте появился деревянный маяк, а позже — в 1863–73 годах — прорыт канал Вильгельма, соединивший Неман с Клайпедой в обход Куршского залива. В 1860-м началось в Вянте строительство каменного маяка, которое завершилось через три года (в настоящее время маяк не используется и имеет символическую функцию). К тому же была вымощена крайняя оконечность мыса для защиты его от волн. Реконструкция оконечности мыса Вянте была произведена уже в 1975–86 годах. Берега были возвышены, укреплены и вымощены камнями. Появился и мол высотой 250 метров, который по весне служит ледоколом. Эти работы остановили разрушение мыса Вянте.

С помощью Евросоюза в 2015 году здесь была реконструирована одна из старейших в Европе орнитологических станций кольцевания птиц, основанная в 1929-м профессором Тадасом Иванаускасом.

На станции теперь есть прекрасный тематический музей. Через мыс Вянте проходят пути миграции птиц. Они отдыхают здесь перед долгой дорогой в тёплые края. С момента основания орнитологической станции окольцовано около полутора миллионов птиц двухсот видов. 

 

Миния

Одна из самых красивых рек Клайпедского края — Миния. В ее низовье  расположилась деревня с одноименным названием. Уникальна Миния тем, что вместо главной улицы здесь река. Чтобы навестить соседей на ее противоположном берегу, местным жители приходится переплывать ее на лодках, которые обязательно есть в каждом доме и очень живописно украшают деревню. Естественно, что и главными занятиями населения были и остаются рыболовство и туризм — насладиться красотой этого места ежегодно приезжают тысячи человек со всего мира. Миния упоминается в официальных источниках с 1540 года. К началу XIX века в 30 домах деревни проживало 270 человек. После Второй мировой войны многие жители бежали в Германию, а на их место прибыли новые колонисты со всей Литвы.

 

Minija

Сегодня Миния является памятником архитектуры. Рост популярности деревенского туризма придает местным жителям уверенности в будущем.

 

 

МЕМЕЛЬСКО–КЛАЙПЕДСКИЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ КАЛЕНДАРЬ

II век – в скандинавских источниках место, на котором был построен Мемель, называлось Альдаяборг. А река Неман в то время носила имя Альдеска.

1 августа 1252 – день основания Мемеля-Клайпеды.

12 марта (или 14 марта) 1323 – литовцы из Жемайтии под командованием Великого князя литовского Гедимина сожгли Мемель, предместья и стоявшие у причалов суда. Замок взять не смогли.

1379 – Литовские и жемайтийские войска под руководством Великого князя литовского Кястутиса сожгли город и убили комтура.

1406 – Начато первое в Мемеле производство кирпичей.

1407 – Визит монахов с целью проверки строительных работ. Среди прибывших гостей был и  выдающийся архитектор тевтонских замков Миколай Феленштайн. Поэтому замок в Клайпеде архитектурно сильно не отличался от других замков, построенных крестоносцами.

1409 – Утверждена печать городского комтура с изображением трех символов – старейших мемельских церквей: слева – Св. Иоанна, в середине – замковая капелла (собор) Св. Марии,  справа – Св. Николая.

1413 – Первый раз в документах упоминается название Клайпеда (Калойпеде, Coloypede).

1525 – Мемель  перешёл во владение Прусского княжества.

1585 – Появился первый ремесленный цех – пекарей.

1600–1629 – Польско-шведские войны, в результате которых Мемель заняли шведы и правили в городе до 1635 года.

1627 – Орденский замок начали перестраивать в цитадель.

1657 – Мемельские купцы получили привилегию свободно развивать морскую торговлю, позволившую быстрее развиваться городу как порту.

1678 – Во время первой Северной войны шведы сожгли Мемель дотла. Восстановление города растянулось на десятилетия.

18 января 1701 – Курфюрст Фридрих III объявил себя королем Пруссии Фридрихом I. Мемель перешел в подчинение Прусского королевства.

1725 – Построена первая кожевенная фабрика.

1756–63 – В ходе Семилетней войны годов Восточная Пруссия была завоевана русскими войсками. Первым захваченным городом — 6 июля 1757 года — был Мемель.

1762 – Вступившая на престол Екатерина II вывела из Пруссии все русские войска.

1775 – Учреждена первая экспортная биржа.

1784 – В Мемеле открылся пивоваренный завод.

1807 – Королевский указ об отмене крепостного права в Пруссии был провозглашен именно в Мемеле.   

1807–08 – После того как большая часть Пруссии за неделю была оккупирована войсками Наполеона, Мемель стал временной столицей Прусского королевства. Здесь и пережидал войну король Пруссии Фридрих Вильгельм III вместе с женой Луизой, детьми и двором. Мемель был единственным прусским городом, на занятым наполеоновскими войсками.

1840 – Открылось первое металлообрабатывающее предприятие. На городской верфи началось строительство первого парохода.

1842 – Открылась первая фабрика по изготовлению сыра.

1847 – В Мемеле появился первый почтальон, принятый на работу официально. Он разносил почту два раза в неделю.

1854 – Последний большой пожар в истории города, от которого пострадало 40 процентов зданий.  

1861 – Введено газовое освещение улиц.

1871-1919 – Мемель в составе Германской империи.

1875 – Построен железнодорожный вокзал. Завершено строительство железной дороги Клайпеда – Тильзит.

1888 – В городе появилась телефонная связь. К 1904 году число абонентов превысило 300 человек.

1900 – Введена в строй первая электростанция и целлюлозная фабрика. Оборудуется рыбный порт.

1902–04 – Через канал Вильгельма было построено 10 лёгких металлических мостов.

1902 – Начал действовать городской водопровод, а в 1915 году — канализация.

1904 – В Мемеле начал курсировать электрический трамвай.

1907 – В Мемеле, в сквере напротив Ратуши, в честь 100-летия победы над Наполеоном был открыт памятник «Боруссия» скульптора Петера Бройера из Шарлоттенбурга. Император Вильгельм II, который тоже участвовал в открытии памятника, самолично корректировал проект.

1919 – После подписания Версальского договора 28 января Мемельланд был отделён от Германии и поставлен под мандат Лиги Наций. Мемель стал вольным городом.

1922  Премьер-министр Литвы Эрнестас Галванаускас начал подготовку к операции «Мемель».

1923–39 – Клайпеда в составе Литвы.

1923–34 – Реконструирован и расширен Клайпедский порт.

22 марта 1939 – Клайпеда вошла в состав нацистской Германии и была переименована в Мемель.

28 января 1945Рабоче-крестьянская Красная Армия (РККА) освободила Мемель и вернула его Литве.

Август 1945 – Потсдамская конференция утвердила передачу Мемельской области в состав СССР. Город снова получил литовское название Клайпеда.

1945 – Созданы тарный завод «Прогресс», рыбоконсервный завод, клайпедское строительное управление.

1952  – Построен судоремонтный завод «Балтия».

1961 – Началась газификация городских квартир.

1986 – Построена Международная морская паромная переправа.

1990 – прошли свободные демократические выборы Совета городского самоуправления.

1991 – Два отдельных порта, торговый и рыболовный, объединены в единый Клайпедский порт. Создана Дирекция морских портов Литвы.

1992 – Клайпедскому порту предоставлен статус государственного морского порта.

1996 – Принят закон о Клайпедском государственном морском порте, согласно которому земля, акватория, причалы, гидротехнические сооружения, навигационные пути, каналы и другие объекты инфраструктуры порта являются государственной собственностью и не могут быть приватизированы.

1999 – На территории порта завершено строительство современного грузового терминала. Клайпедский порт имеет возможность обрабатывать все виды грузов.

2000 – Куршская коса включена в список Всемирного природного и культурного наследия ЮНЕСКО.

2003 – Построен круизный терминал, предлагающий полное обслуживание пассажиров и яхт.

2004 – Литва вступила в Европейский Союз.

 

 

ИСТОЧНИКИ

  • В. Воротынцев. Конструкция норвежских каркасных домов.
  • В. Канале, М. Степерманис.  История Латвийской ССР.
  • Ю.  Жукас. Клайпеде — 750 лет.
  • Л. Шкловский. Полная иллюстрированная история Мемеля — Клайпеды.
  • Л. Шкловский. Как Клайпеда превратилась в Мемель. (https://www.litprichal.ru/work/284596/)
  • H. Lauenroth.  Zur Geschichte Seeburgs — Von den Anfängen bis zur Gegenwart.
  • В. Татищев. История Российская
  • Г.  Власьев.  «Потомство Рюрика»
  • http://discoveric.ru/mesta/litva/kretinga/pomestie-oginskih
  • https://in-w.ru/интересные-факты-о-клайпеде/
  • Выгантас Варейкис. Участие литовского Союза стрелков в оккупации Мемельской области.
  • А. Экземплярский. Черниговские князья.
  • И. Колчинский, А. Корсунь, М.  Родригес. Астрономы. Биографический справочник.
  • http://we-russian.ru/archives/65
  • Петр Дуйсбургский.  «Хроники земли Прусской».
  • Вопросы всеобщей истории архитектуры: материалы международной научной конференции 28-29 мая 2018 года.
  • Аста Диковене. Трансформация: Мемель-Клайпеда-Мемель… Как Клайпеда стала нацистским Мемелем. Еженедельник «Клайпеда», 30 марта 2019  (http://klaipeda.diena.lt)
  • Аруне Люция Арбушаускайте. Некоторые специфические эпизоды аншлюса Клайпеды/Мемеля в марте 1939 года.
  • Борьба за Мемель. Воспоминания Э. Галванаускаса и В. Креве-Мицкявичуса.
  • Н. Hecker.  Deutschland, Litauen und das Memelland.
  • К. Forstreuter.  Wirkungen des Preußenlandes.
  • А.  Senn. Die Besetzung Memels im Januar 1923.
  • Н. Kurschat.  Das Buch vom Memelland.
  • Annaberger Annalen. Jahrbuch über Litauen und deutsch-litauische Beziehungen.
  • Die Wiedervereinigung des Memelgebiets mit dem Deutschen Reich, Vertrag vom 22. März 1939.
  • Е. Рукавишников. Мемель — первая победа России в Семилетней войне 1756—1763 гг. Военно-исторический журнал.
  • Нида. Географический энциклопедический словарь.
  • П. Мартинкус. Важнейшие даты истории Клайпеды.
  • Е.  Митина. От немецкого Мемеля к советской Клайпеде.
  • https://www.klgd.ru/city/history/almanac/almanac12.pdf
  • Sagen aus dem Kreis Heydekrug.
  • Е. Neumann. Persönlichkeiten des Memellandes
  • Daten aus dem genealogischen Ortsverzeichnis.
  •  Windenburger Ecke (Мыс Вянте). GenWiki (немецкий проект по генеалогии и локальному краеведению). http://wiki-de.genealogy.net/Geschichte_des_Memellandes
  • Н. Кабанов.  Как Мемель стал Клайпедой. «Мятеж», который кончился удачей ( http://vesti.vesti.lv/culture/theme/history/74236-kak-memel-stal-klajpedoj-aquotmjatezhaquot-kotoryj-konchilsja-udachej.html)
  • Д. Кишиневский. Какие сокровища таят улицы старого Мемеля?,  «Экспресс-Неделя», № 50.
  • К. Черняускас. Перспективы развития города Клайпеды. «Советская Клайпеда», 9 марта 1954 г.
  • В. Грубляускас: «Давайте почувствуем себя морским государством».
  • Е. Литсопад. «Мэр Клайпеды: Любить свой город — значит заботиться о нем». Клайпедский вестник.
  • BALTNEWS.lt
  • http://ports.lt/ru/
  • https://krovli.club/fakhverk
  • https://germanexpert.ru/faxverk/

 

В оформлении использованы открытки из коллекции Эгидиуса Баранускаса (Egidijus Baranauskas), фото из архива редакции Imperative.eu и Wikipedia. Прочие источники указаны в подписях к иллюстрациям.